– Все это перестало быть только моим праздником с той минуты, как мы стали спать вместе. С этого момента поездка стала нашей общей.
Тор задумался – видимо, эта мысль не приходила ему в голову.
– Ну, подумай, должно же быть хоть что-то, чего тебе реально хочется, – настаивала Ева.
– М-да. Боюсь только, что это не очень соответствует твоим требованиям к комфорту. Вот в детстве я очень любил ходить в походы и ночевать в палатке. Ты когда-нибудь спала в палатке?
Ева отрицательно помотала головой.
– Странно даже, мама столько рассказывала мне о путешествиях и приключениях, но походы и палатки как-то прошли мимо меня.
И она улыбнулась.
– Ну что ж, давай – мне тоже захотелось. А где лучше устроить такую ночевку, как ты думаешь?
Тор просиял:
– Было бы здорово провернуть это в Кении.
Ох, на взгляд Евы, это был не лучший вариант.
– Там же, наверное, полно разных букашек и змей?
– Они там, конечно, есть повсюду, вне зависимости от того, в палатке мы или нет, – ответил Тор.
– Не знаю, но мне бы не хотелось с ними спать.
– В Кении есть шикарные, очень удобные палатки. Некоторые даже с настоящими кроватями и туалетом.
Ева насмешливо фыркнула:
– Тогда это не очень похоже не поход.
– Понимаю, но тебе для первого опыта этот вариант должен подойти идеально. Ну а если тебе понравится, понизить уровень комфорта мы всегда можем.
– Ладно, мне нравится.
Еве это совершенно не нравилось. Что может быть хуже того, чтобы, проснувшись, обнаружить рядом огромного волосатого паука или скорпиона? Но – она уже приняла решение учиться выходить из зоны комфорта. Она справится.
– Спасибо, – Тор поблагодарил ее так серьезно и так на нее посмотрел, что Ева поняла: она готова бросить весь мир к его ногам.
– Видишь, я тоже умею помогать мечтам сбываться. А о чем ты мечтаешь, когда думаешь о будущем? О чем мечтал, когда был ребенком?
Тор усмехнулся:
– Не думаю, что ты и с этим сможешь мне помочь.
– Может, и нет, но все равно расскажи.
Тор смущенно хохотнул.
– Я мечтал стать астронавтом.
Ева задохнулась от любви к нему: как здорово, что он не надутый мачо и не боится показаться смешным.
– С этим я и правда помочь никак не смогу. А было еще что-то, чего ты хотел?
Тор глубоко вздохнул.
– Я хотел стать писателем. У меня в голове было много историй для детских книжек, о волшебных странах и живущих там необычных созданиях. В детстве я часами сидел и записывал эти истории о приключениях мальчика, с которым все время случались разные происшествия. Когда я вырос, интерес к этому у меня так и не пропал. Я и в колледже выбрал журналистику потому, что в программе курса было писательское мастерство. Потом работал в местной газете – писал всякие дурацкие заметки о свинье, которая каталась на скейтборде, или о женщине, которая вязала костюмчики для своей морской свинки. Мне эта работа всегда очень нравилась. А пока я там работал, написал детскую повесть – честно говоря, я написал даже несколько повестей. Отправил их все в издательство в большом коричневом конверте… и ни одну не приняли. Наверное, я все-таки плохой писатель.
– Так ты сдался после одного отказа?
– Многих отказов.
– От одного издателя, в одно время – я это расцениваю как один отказ, – сказала Ева. – Найти своего издателя – большое везение, для этого нужно, чтобы нужный человек оказался в нужном месте. Известно же, что Дж. К. Роулинг со своим «Гарри Поттером» множество раз получала отказы – а гляди, как все обернулось. Я работаю в книжной индустрии и точно знаю, многие авторы, с которыми я имею дело, начинали с того, что без конца рассылали свои тексты в разные издательства, сами и через агентов, пока наконец их не замечали. Если это твоя мечта, ни за что не сдавайся.
– Я и не сдался, по крайней мере тогда. Я продолжал писать в надежде, что когда-нибудь все-таки смогу что-то с ними сделать. Но… запал прошел после… после того, что у меня было с Кристел.
Ева колебалась. Она не решалась расспрашивать, хотя вопросов было тысячи. Но ей хотелось, чтобы Тор все рассказал сам, если захочет.
– Не знаю, много ли тебе рассказал отец, но… Мы с Кристел были вместе четыре года, и я думал, что это навсегда. Я был уверен, что в один прекрасный день мы поженимся и будет у нас семья. А потом к ним на работу пришел новый сотрудник, Стефан, – и с тех пор она ни о чем больше не могла говорить, только о нем. Конечно, я ревновал, но надеялся, что это временное увлечение. Может быть, я уделял ей недостаточно внимания. Мы с ней тогда откладывали деньги на покупку жилья, жили в маленькой съемной квартире, да еще и часы работы у нас не совпадали, так что мы толком и не виделись. Может, мало-помалу мы оба перестали вкладываться, заботиться о поддержании отношений. Но я был твердо уверен, что вместе мы сумеем все это преодолеть.
Тор сделал паузу, и Ева напряглась, ожидая, когда же он заговорит о ребенке. Ей не хотелось бередить его старые раны, заставляя заново пережить ту боль, но, с другой стороны, не терпелось понять, что же так повлияло на него, что он до смерти боится новых серьезных отношений.
