– Виктор, мы выбрали лошадей. Правда, мы не знаем, как за ними правильно ухаживать, – честно призналась я.
– Ничего, вам всё покажут, – успокоил он, глядя на нас добрыми серыми глазами. Мне даже показалось, что ему наш ответ понравился. – Сейчас подойдёт Паша и отведёт вас на место, заодно покажет, что и как. А после обеда мы устроим пикник на свежем воздухе. Итак, какая группа следующая?
Все молчали, явно не желая работать. Но потом одна из девушек подняла руку и показала на свою группу. Их отправили ухаживать за овцами. Следом вперёд вышла Полина со своими подружками. Хозяева фермы оценили её наряд и не смогли сдержать усмешки. Немного посовещавшись, их отправили собирать сено. Вытянутое лицо Польки я буду помнить долго. К сожалению, про остальных нам узнать не удалось. К нашей группе подошёл мужчина в возрасте.
– Добрый день. Я Павел, – представился он. На вид лет сорок. Невысокого роста, коренастый, загорелый. Чёрные волосы очень коротко стриженны, практически под ноль, глаза серые, нос картошкой, одет так же, как и Виктор. – Следуйте за мной.
Мы переглянулись и пошли к дальним постройкам. Уже подходя к ним, услышали ржание и стук копыт. Внутри помещения оказалось около пятнадцати загонов для лошадей, большая часть из которых пустовала.
– Итак, ваша задача – для начала вычистить стойла, где нет животных, – начал говорить Павел. – Потом нужно будет постелить на пол свежую солому. Её найдёте за ангаром. Налить животным воды, – он указал на колонку у двери. – Можете взять шланг, чтобы не надрываться. А я пока приготовлю корм, чтобы вы могли наполнить кормушки. А когда приведут лошадей, покажу, как их чистить. Все инструменты в первом деннике. Всё понятно?
– Да, – ответил Слава, оглядываясь кругом. – А где можно будет вас найти, если возникнут вопросы?
– Я пока останусь рядом с вами, если будете справляться, то пойду к загону за лошадью для чистки, – ответил Павел и направился за кормом.
– Мы попали, – прокомментировала Таня, оглядывая фронт работ. – Надо было соглашаться сено таскать.
– Так, без паники, – скомандовал Славик, беря всё в свои руки. – Девушки, вы пойдёте за соломой, только помногу не таскайте. Вон, на двери мешки висят, в них и носите. Мы с парнями уберём стойла и нальём воду, а вы потом рассыплете по кормушкам приготовленный Павлом корм. Согласны?
– Ага, – кивнула Натуська и, схватив нас с Таней за руки, потащила за мешками, где мы нашли ещё и рабочие перчатки.
Взяв необходимое, вышли из помещения и стали обходить его, чтобы найти солому. Чуть в стороне заметили группу ребят, которые возили что-то на тачках. А впереди сновала Полина с граблями. Причём она их держала так, словно в её руках находилась гадюка. Я постаралась не обращать на неё внимания и пошла за соломой, которая обнаружилась у стены. Брать руками было немного неприятно, она всё равно кололась, но терпимо. Набрав мешки, поспешили обратно. Ребята как раз закончили чистить первое стойло и указали на него. Я зашла внутрь и вытряхнула содержимое из своего мешка, стараясь сделать это компактно. Убедившись, что всё хорошо, пошла за следующим. В дверях встретила Наташу, которая откровенно давилась от смеха.
– Что случилось? – спросила я, поддержав её за руку.
– Блин, это надо было видеть! Полинка упала, – смахнув слезинки, сказала она. – Вот только не могу понять, то, что её не поймал никто, это случайность или всё-таки нет!
О! На это я действительно бы с радостью посмотрела, поэтому поспешила на улицу. Но не судьба, Полина больше не валялась в траве, а висела на нашем вожатом, обхватив его рукой за шею и что-то жалобно причитая.
– Я, кажется, подвернула ногу, – жаловалась она, хлопая глазками. У-у-у-у… актриса.
– Мымра! – резюмировала я, почему-то раздражаясь ещё больше.
Она меня бесила. Никогда не понимала девиц, которые пытались так добиться внимания от окружающих. Вызывающее поведение – это прям их фишка, вот только действовала она не на всех. И это несказанно радовало.
– Полина, отпусти меня, – сказал вожатый, пытаясь отлепить её от себя. Выходило плохо. Присосалась как пиявка, честное слово. У меня даже возникло желание ему помочь, хотя раньше такого за собой не замечала.
– Не могу, – не сдавалась девушка, пытаясь давить на жалость. – Я не смогу стоять…
Дальше я слушать не стала. Работу никто не отменял, пришлось вновь набить мешок соломой и пойти к друзьям. Зато у меня появилась возможность выместить злость на бедной ноше. С какой ожесточенностью я запихивала солому, представляя на её месте Полину. М-да, что-то в последнее время я стала слишком эмоциональной. Никогда ранее не замечала за собой стремления покалечить кого-то. Походу, этот лагерь на меня плохо влияет. И свалить никак.
