Мы подбросили Антона до подъезда и вскоре были дома. Квартира встретила тишиной и запахом сырой шпаклёвки – наш ремонт был в самом разгаре, и когда мы перенесли все вещи из машины, в коридоре стало трудно передвигаться: к мешкам с цементом и штукатуркой присоединились спальные мешки, пакеты и котелок.
Огромный походный рюкзак, будто король, расположился у стенки, и казалось, занимает полкоридора. Обычно он хранится в кладовке у бабушки Дениса, потому что наша забита до предела – порой мне становится не по себе от уймы вещей. Когда-нибудь я открою кладовку, поток хлама вырвется наружу, унесёт меня в коридор и выбьет входную дверь.
Откуда вообще взялись эти вещи, мы ведь и половиной не пользуемся! Но Денису по-настоящему важно обладать ими, и чем дороже они выглядят – тем лучше.
Мы стоим посреди захламленного коридора и не знаем, как сделать пространство вокруг уютней.
– Потом разберёмся? – предлагает Денис.
– Давай. Идёшь в ванную? – мне очень хочется смыть с себя усталость и согреть озябшие ноги, но, если Денис помоется первым, я смогу нежиться в душевой кабинке сколько угодно.
– А может, вместе сходим? – он приближается и кладёт руки на мою талию.
– Нет… я жутко устала, – слышу капризные нотки в своём тоне и отстраняюсь. Денис привычно отходит в сторону, не настаивая, и мы разбредаемся по углам, чтобы включить свет, сообщить родным о своём возвращении, проветрить квартиру, принять душ: в общем, пытаемся достигнуть хоть какого-то комфорта в доме – хотя бы видимого.
Получасом позже стою под тёплыми струями воды… блаженство… Душевая кабинка быстро нагрелась, прозрачные окна запотели. Я заперла ванную изнутри – раньше замков не было, и Денис мог зайти без стука. Закрываю сливное отверстие, высокий поддон наполняется, и я грею свои вечно холодные ступни. Сажусь в воду и расслабляюсь. Тесновато, но что поделать – кабинка досталась нам от предыдущих хозяев квартиры. Видимо, они не так любили нежиться в тёплой воде, как я.
Капаю гель для душа на ладонь и провожу ей по руке, плечу, груди… Ванная наполняется дразнящим ароматом мандарина. Мне и одной здесь хорошо.
Я никогда не испытывала влечения к мужу – той самой страсти, которую показывают в фильмах и описывают в книгах. Что, если всё это выдумки? Денис – мой первый и единственный мужчина, мне не с кем сравнивать. Но как же страшно, что я никогда не узнаю, что такое чувственность… А может, в отношениях это не главное?
Когда я выхожу из ванной, на часах одиннадцать ночи. Денис уснул в маленькой комнате перед телевизором – ни огромная диагональ, ни дорогие колонки не избавили его от привычки засыпать перед экраном. Так часто случалось по вечерам: вот мы смотрим фильм, а вот я поворачиваюсь к мужу и вижу его закрытые глаза.
Выключаю телевизор и сажусь за свой ноутбук. Жду, пока он запустится. Так тихо и так темно. Только маленькая дизайнерская лампа слабо горит, образуя вокруг меня уютное свечение.
Открываю Телеграм и расплываюсь в улыбке: вижу непрочитанное сообщение от подруги.
Ника
Майя
Знаю, что в такое позднее время она не ответит: у них с мужем двое маленьких детей, мальчик и девочка, поэтому вся семья очень рано ложится спать. Но мне так хочется поделиться своими впечатлениями, и я начинаю рассказ:
Майя
Утром просыпаюсь по будильнику, борюсь с соблазном поваляться в тёплой кровати чуть дольше положенного времени, встаю. Денис, не в пример мне, вскакивает в семь утра без промедлений – армия приучила. Несмотря на то, что я люблю свою работу, мне сложно просыпаться на смену, даже если открываться нужно в одиннадцать. Я работаю в фотосалоне уже три года, и, честно говоря, не вижу себя на другом месте. Может быть, это не слишком амбициозно, но я уверена в одном – занятие, которому ты посвящаешь большую часть дня, должно приносить удовольствие!
