На мосту Ната расстегнула сумку и достала две бутылки грушевого лимонада, пачку печенья и большущую шоколадку.
– Налетай! – сказала она и открыла первую бутылку.
Мы сидели на досках, смотрели на реку, грызли печенье и пили лимонад. Катя выглядела очень довольной и я подумала, что молодец её папа, что сумел приехать и подбодрить свою дочку.
На следующий день оказалось, что кроме сладостей, папа девочек, дядя Толя привез для Кати еще и новую игрушку, самую лучшую во всем магазине. Но Катя даже не открыла подарок. Об этом нам рассказала Ната и даже показала коробку. Глянцевая серебристо-серая упаковка была перевязана пышным голубым бантом, а внутри виднелась добродушная мордочка медвежонка.
– Импортная игрушка – сказала Ната, вот видите по-английски написано: «Teddy».
– А почему же Катя не отрывает коробку? – спросил Денис, явно впечатлённый нарядным бантом и нерусскими буквами.
– Капризничает, почему же еще – ответила Ната и поправила новую кепку, которую дядя Толя привез ей. Все-таки хорошо, когда папа управляет магазином.
Вечером я рассказала обо всём этом бабушке. Она внимательно выслушала меня и поджала губы.
– И правда капризная девочка растет, мне Маша уже говорила. Отец отгул посреди недели взял из-за её выкрутасов! А ей новая игрушка не нравится!
Я попыталась объяснить, что дело не в том, что дядя Толя выбрал плохой подарок, а в том, что Тяпа был для Кати другом. Как для меня Бимик.
– Долго теперь дети взрослеют – задумчиво сказала бабушка. Когда война началась мне пять лет было, мы тогда из города в деревню пешком пошли. У меня одна кукла была, большущая. Мне так и сказали: хочешь брать- бери, но понесешь сама. И я несла. Все тридцать километров.
– А как звали твою куклу? – спросила я.
– Дора – улыбнулась бабушка. Тогда такое печение было, мое любимое.
– И больше никаких игрушек у тебя не было? – уточнила я. За всю жизнь?
– В войну не до игрушек было, сама понимаешь. А когда война кончилась, мне уж десятый год шел, какие тут куклы…
Мне стало жаль бабушку и я крепко обняла её. Мы помолчали.
– Может, ты посоветуешь, как развеселить Катю? – сказала я наконец.
– Придумай сказку для неё. Про нового медвежонка. – подумав, посоветовала бабушка.
Я задумалась и вспомнила, что нового мишку зовут Тедди. И сразу в моей голове закрутились строчки…
На следующее утро Катя нашла на столе письмо, адресованное Колокольчиковой Екатерине, то есть ей! Отправителем значился Тяпа и писал он из Африки! Прямо так и было написано на конверте. Тяпа сообщал, что он давно хотел посмотреть на реку Замбези из атласа и отправился путешествовать. А чтобы Катя не скучала, он посылает ей своего доброго друга Тедди. Любимый цвет Тедди- зеленый, а любимая еда – мятные пряники.
А еще в письме был веселый стишок. Катя прибежала ко мне с новой игрушкой, напевая стих, как песенку. И я подумала, что стихи могут быть очень даже полезными.
Отважные медведи
Летают на ракете,
Несутся через горы
В большом кабриолете
Они рекорды ставят
И в гольфе, и в крокете.
И лихо побеждают
В спортивной эстафете!
Веселые медведи
Танцуют на паркете,
Играют на ударных
В талантливом квартете.
Отличные медведи
Живут по всей планете,
Но лучшие медведи
Всегда зовутся Тедди!
Глава 4. Стрелки и ссора
Когда весной соседи впервые приходили к нам в гости, они обычно удивлялись, что веранда полностью моя.
– Ну, как же так, Вера Ивановна? – спрашивали взрослые. – Домик небольшой и такие хоромы под игрушки! Дети и на улице поиграют, а вы бы здесь и инструмент хранить могли, и яблоки сушить!
Но бабушка всегда отвечала, что для инструмента годится дровяной сарай, а где сушить яблоки она придумает осенью.
А теперь всем соседям, похоже, нравится, что мы, дети, постоянно играем на веранде, ведь всегда понятно где нас искать. Иногда, когда мы рисуем или просто болтаем к нам заходит бабушка. Она садится на диван и рассказывает про свое детство.
Так было и в этот раз. Мальчики ушли в лес со своим дедушкой, а мы с девочками сидели на веранде, плели из бисера фенечки и разговаривали. Мы с Катей пока умеем делать только простые фенечки, двухцветные, а Ната может сплести браслетик любой ширины, со сложным узором и даже буквами. Вот и сейчас разноцветные бусинки так и мелькали у неё в руках, превращаясь в синие буквы МА на белом фоне. Катя ползала по полу, пытаясь собрать раскатившийся розовый бисер, а я распутывала очередной узелок на своей фенечке.
– Чем занимаетесь, девчата? – спросила бабушка, открывая дверь. Всё плетёте?
– У нас процесс, Вера Ивановна – ответила Ната, надо закончить!
– А у меня опять нитка запуталась – пожаловалась я.
– Так бросаешь свое плетение где попало, вот и путается – спокойно объяснила бабушка. Моя мама, твоя прабабушка, на прялке пряла и, заканчивая работу, обязательно складывала пряжу в сундучок, чтобы ночью кикиморы не спутали ниток!
– Но сейчас-то кикимор нет! То есть в них уже никто не верит! – возразила Ната.
