– Конечно, – согласилась Полли. – Если бы я хотела рациональности, то, наверное, просто пошла бы работать на фабрику или куда-то еще.
– ИМЕННО! – с довольным видом заявил Малкольм. – Нет никакого смысла в том, чтобы делать одно и то же каждый день. Могу поспорить, вы тоже так думаете.
Полли изумленно уставилась на него.
– Но мне нравится это делать! – возразила она.
– Вроде как трудная работа, а? – сказал Малкольм.
Полли тряхнула головой:
– Нет! Хотя… в общем, да. Но это хорошая работа. Добрая честная работа, которая нравится людям.
Малкольм снова фыркнул.
– Это все девятнадцатый век! – сообщил он. – Мило и все такое, но полная чушь. Централизованное распределение, большие скидки… вот как все работает сегодня. В деловом мире. Стоимость – только об этом заботятся. Почему, вы думаете, все закупаются в «Лидле»?[12]
– Ничего плохого в «Лидле» нет, – сказал Джейден.
– Именно.
– Я и не говорю, что в «Лидле» что-то не так, – раздраженно бросила Полли. – Но есть много способов делать разные вещи. Ничто не мешает вам производить что-то дешевле и продавать больше. Однако есть разница между пластиковым пакетом и сумочкой «Эрме».
Полли ни разу в жизни не видела сумок «Эрме», но читала о них в журналах, которые, как она пылко уверяла Хакла, ей совершенно не нравились.
– И то и другое – сумки, но вам необязательно использовать их одинаково.
– Ну да, – сказал Малкольм. – Вы выбираете то, в чем есть финансовый смысл.
Зазвонил телефон Полли. Это было необычно отчасти потому, что связь здесь, как правило, была не слишком хорошей, а отчасти потому, что ее мать боялась мобильников и никогда по ним не звонила – вдруг снимут тысячу фунтов за звонок? Полли поддерживала с ней связь через «Фейсбук» ее старых друзей, а все остальные знали, где она сейчас может находиться.
– Извините, – сказала она и ушла в глубину помещения, чтобы ответить.
– Алло?
Голос в трубке звучал гламурно, говорили быстро и напористо:
– Привет! Это Полли Уотерфорд?
– Да… мм… привет, – ответила Полли, с ужасом наблюдая сквозь открытую дверь за тем, как Малкольм поедает еще одну булочку, потом еще одну… Булочки стоили полтора фунта. он пожирал дневную выручку со скоростью света.
– Я Кейт Лэйси. Пишу для «Бьюгл он санди» и сейчас нахожусь в ваших диких краях. Мы задумали тему для нашей кулинарной колонки – «Лучшие магазины крафтовой еды Уэст-Кантри» – и узнали о вас.
– В самом деле? – воскликнула Полли в восторге и испуге. – И кто вам рассказал обо мне?
– Самые разные люди, – явно развеселилась Кейт. – Мы организовали форум в Интернете, и ваше имя всплывает там то и дело.
Полли невольно разулыбалась:
– Что ж, это… это приятная новость.
– Так что мы намерены приехать, сделать пару фотографий, вы не против? Нашим читателям будет интересен такой материал – мы его представим как описание особого образа жизни.
Полли прикусила губу и тут же подумала, можно ли будет подсунуть фотографу Нила.
– Конечно.
– Чудесно, как насчет первого вторника в июне? Статью приурочим к большому летнему выпуску. Может, к субботнему – немного шумихи, немного местного колорита.
– Отлично, – согласилась Полли.
– Ладно, дайте мне адрес вашей электронной почты, будем на связи.
Сияющая Полли вернулась в магазин. Джейден уже обслуживал посетителей. К счастью, булочки с корицей активно раскупались, благодаря чему удалось убрать их подальше от глаз Малкольма.
– Одна газета хочет сделать из нас сенсацию! – сообщила Полли. – Настоящая большая воскресная газета! Будет статья с фотографиями и все такое! О нас напишут как об одном из лучших магазинов крафтовой еды в западных графствах!
На Малкольма это как будто не произвело впечатления.
–
– Множество людей, – ответила Полли.
– Не-а – возразил Малкольм. – Теперь все читают новости в телефоне. Вот, гляньте!
Он показал свою личную ленту новостей. Она почти целиком была посвящена историям о «Формуле-1».
– Неужели кто-то выходит из дому, чтобы купить эти скучные старые газеты?
– Я, – сказала Полли.
– Ну все равно это вряд ли будет громкая статья, которая привлечет внимание многих, так? – упорствовал Малкольм. – Какая-нибудь модная чепуха для пятерки идиотов в Лондоне. Пользы в том никакой.
– Но мы можем выставить эту газету в окне, – предположила Полли. – И люди увидят ее, и остановятся, и зайдут…
Она вдруг размечталась о далеких любителях вкусной еды, о том, как они восторгаются ее хлебом с оливками, умоляют продать секрет ее закваски… Она знала, что у Пойлана, знаменитого парижского пекаря, есть клиенты, которые посылают за его буханочками личный самолет. Конечно, на такую славу можно не рассчитывать. Но как же это здорово, когда про тебя пишут в газете!
– А я думаю, что публикация принесет нам небывалый успех, – храбро заявила она. – Ведь… разве это не отличный маркетинг? А маркетинг очень важен, как вы считаете?
Малкольм фыркнул:
– Да, замечательно. Они могут приезжать и фотографировать все, что захотят. Может, вы даже слегка приведете себя в порядок? Не помешает чуть-чуть помады, а, милая? Возможно, стоит надеть короткую юбочку.
