Полли взглянула на причал; хотя между лодками были привязаны автомобильные шины, чтобы борта не слишком сильно колотились друг о друга, флотилию потряхивало будь здоров. Волны перехлестывали через стену набережной. Полли вспомнила, как иногда в бурные ночи вода плескала в окна ее прежней квартиры. И сегодня на берегу наверняка повторится то же самое; прилив был высок, как никогда, Полли такого еще не видела. Стихия разбушевалась не на шутку – этой ночью ни в коем случае нельзя было оставаться без укрытия.
Полли смотрела на городок, на огоньки свечей; время от времени там и тут проскальзывали тени; темные фигуры двигались быстро. Никто сегодня не спал. Полли подумала о людях, живших в Полберне в прошлом, о тех, чьи имена так часто повторялись на кладбище над городом: Броуди, Тарнфорты, Мэнсы… Их жизнь, трудная, полная опасностей, более тяжелая, чем теперь, прошла здесь, в домах без отопления, она зависела от ветра и хорошего улова, а в худшем случае от того, что выносило на берег море.
Именно это заставило ее полюбить Маунт-Полберн – его красота казалась временной, будто взятой взаймы, готовой в любую минуту исчезнуть; работа и боль всегда лежали в основе здешней жизни. Этот остров никогда не был домом для богатых.
До сих пор не был, предположила Полли, а теперь здесь роились отдыхающие, тут покупали летние дома, открывали рыбные рестораны, вокруг громко и самоуверенно звучали голоса новых хозяев. Но на самом деле Маунт-Полберн принадлежал своим жителям, людям, которые были отсюда родом, выросли здесь, обзавелись семьями и пережили на острове всякие времена – и дурные, и хорошие.
Полли погрузилась в размышления, пока наконец что-то не заставило ее очнуться. Она вздрогнула от ужаса. Городок был темен, мир был темен; лишь вспышки молний в небе освещали их. Маяк погас.
«А что, если маяк погаснет?» – спросила она своего юриста. У него были самые низкие расценки – насколько ей помнилось, дешевле она не нашла.
Он как будто немного смутился, потом сказал: «Ну, позвоните в береговую охрану».
А Хакл хихикнул и предложил: «Полли, ты просто держи наготове очень большой фонарь и размахивай им во все стороны».
Полли сказала: «Вот уж не смешно, это ведь может быть опасно!»
Тогда Ланс, агент по недвижимости, начал уверять их, что никогда не слышал о том, чтобы прожектор погас. А потом помолчал и добавил: «Ну, понимаете, днем он не работает, это очевидно».
Хакл снова хихикнул, и Полли обвинила его в том, что он слишком несерьезно на все смотрит, а он поцеловал ее в щеку и заявил: «Могу я вам напомнить, мадам, что это вы покупаете четырехэтажный дом с одной комнатой на каждом этаже и большой электрической макушкой, и я не знаю, что может быть несерьезнее этого».
Юрист нетерпеливо посмотрел на свои часы и уточнил: «А вашей птице всегда позволяется ходить по важным документам?»
Его замечание вроде как положило конец разговору.
Шторма случались и прежде. Например, страшная буря, налетевшая на Маунт-Полберн, уничтожившая половину рыболовного флота и унесшая жизни лучших людей. Лишь сейчас жители городка начали приходить в себя после того кошмара. Прошлогодний шторм Полли проспала и не подозревала, что́ происходит и какими ужасными последствиями обернется.
Но на сей раз она бодрствовала. И на сей раз очутилась в самом сердце бури.
Теперь Полли глубоко сожалела о своей беспечности и глупости; она должна была позвонить в береговую охрану, но телефонные линии были оборваны, мобильная связь отсутствовала. Это был необычный шторм – он налетел, словно ниоткуда, – однако факт оставался фактом, и Полли не имела никакой возможности связаться с теми, кто мог бы помочь.
Но неполадки на маяке наверняка заметят, подумала она. Конечно же, люди увидят, что прожектор не горит. И сразу пришлют кого-нибудь. Это же очевидно!
Вот только как они сюда доберутся? Дамба, само собой, непроходима, а как, черт побери, можно плыть на лодке в такую… Никто не сможет, думала она, кроме разве что Королевского общества спасателей[22]. Никто не выйдет в море на лодке, это было бы полным безумием.
Она набросила на плечи одеяло, потому что ночь была очень холодной, и снова спустилась в ванную комнату.
Хорошо, что существует «Икея», думала Полли. Это… ну ладно, это абсолютно бесполезно, но все же лучше, чем ничего. Ладно – лучше, чем абсолютно ничего. У нее оставалось в запасе примерно восемьдесят пять чайных свечей или около того. Она собрала их в наволочку и понесла на самый верх, к той двери, что выходила наружу, к прожектору.
Итак. Стационарная электролиния не работала, аварийный генератор тоже. Это было пределом ее технических знаний на данную тему. Хакл знал бы, что делать. Он с легкостью завел бы генератор, как заводит свой дурацкий мотоцикл. Но Полли понятия не имела, что делать.
И слава богу,
