Я закончила архитектурный факультет не для того, чтобы поселиться в гареме отвратительного старикана, но у моего отца было на все свое мнение. Чтобы сделать глоток свободы напоследок, я отправилась на бал во дворец. Вот только никто туда меня не приглашал, и я проникла на территорию незаконно. Мой обман раскрылся очень быстро, что же меня теперь ждет?Я командовал спецоперацией по поимке опасной преступницы, вот только девушка, на которую указывали улики, оказалось не той. Но она тоже кое что украла, самым наглым образом глядя мне в глаза – мое сердце.Главное правило клуба «Драконьи Занозы» – никто не должен знать про клуб «Драконьи Занозы».Волшебное место объединило нас, а карты таро предсказали будущее. Каждой – по дракону! А что со всеми этими предсказаниями делать, никто не сообщил.
Сообщения на поверхности Газаля – моего волшебного зеркала отображались одно за другим. Я вздохнула и велела:
– Напиши: «Папа, защита еще впереди. Через полтора… Нет! Через два месяца». Пусть будет с запасом.
Но не успело зеркало выполнить распоряжение, как отец меня вызвал.
– О, свет моих очей, может, ты просто ему ответишь, и вы поговорите как нормальные люди? – с надеждой предложил Газаль.
– Ни за что! Он же не отстанет! И потом, я не готова сейчас разговаривать с глазу на глаз. Ты же знаешь, как он умеет давить аурой даже через зеркальную связь? После общения с ним я буду отходить три дня, а мне нужно выполнить расчетную часть. Она очень сложная.
Если бы у моего зеркала действительно были глаза, оно бы, наверное, их сейчас закатило.
– Газаль, пиши: «Папа, не могу сейчас говорить. Вызвали в деканат».
Врать нехорошо, но что поделать? Я действительно не хочу сейчас разговаривать с отцом. Это меня добьет.
– В какой еще деканат, мармелад моей души? Ты же дома! – удивилось зеркало.
– Не беси меня, Газаль! Пиши, что говорю!
Вызов был отклонен, а по зеркальной поверхности побежала вязь строк на моем родном языке.
– Газаль, ты нарочно используешь самый вычурный шрифт из всех возможных? Чтобы отец не смог это прочесть?
– Фейхоа моего сердца, ну что ты такое говоришь? Я просто выбрал самый красивый, чтобы порадовать твои прекрасные глаза. А твой папенька, долгих лет ему жизни, прочтет это с легкостью, ведь он использует собственное зеркало с другими установками.
– Действительно. У него оно, надеюсь, не такое болтливое.
Отец долго писал ответ, и я ждала сообщения с опаской, подозревая, что именно он желает мне сказать, и оказалась права.
На этом месте я прервала чтение и возмущенно воскликнула:
– Угу! Третьей женой он забыл сказать! Нет, отец, что, действительно верит в этот бред?!
Отшвырнув ни в чем не повинное зеркало на кровать, я нервно прошлась туда-сюда по комнате, справляясь с бешенством.
– Шелкопряд моих веток, ты бы поосторожнее. Вдруг я упаду на пол. Разобьюсь…
– Ничего с тобой не сделается, Газаль! Лучше помолчи.
Возмущение кипело внутри, точно смола. Моя мама тоже была третьей женой у отца, и это накладывало отпечаток на мою жизнь. Особенно с тех пор, как появилась четвертая, которая была едва намного старше, чем я теперь. Отец на время забыл о нас с мамой, и она грустила.
Нет, мы ни в чем не нуждались. На территории дворца у нас был свой отдельный дом с садом, слугами и даже собственными исваннами – безмолвными прислужниками-големами. Мы были относительно свободны, а отец регулярно приходил в гости, да только уже не рвался проводить с нами больше времени, как раньше. И мама не желала мне подобной участи, хотя бы потому, что не каждый муж мог оказаться столь же благородным и щедрым, как мой отец.
Не знаю, как маме удалось, но она уговорила отца отправить меня на учебу в Эрландию. Столичная Академия магических искусств (САМИ) стала моим вторым домом. Здесь я узнала, что такое жить самостоятельно, и мне это понравилось. Да только отец воспринимал мою учебу, как очередной каприз, и вряд ли позволил бы мне работать по возвращении. И я не ошиблась. Он подыскал мне богатого жениха и наверняка доволен, что устроил дочери жизнь.
Вот только я не собиралась выходить за Гадира Захаба. Худшей участи и представить было невозможно. Гадир напоказ такой щедрый, а на деле тиран и скряга. Да и дело не только в щедрости. Теперь я сама способна заработать. Мне нравилось быть архитектором, и я мечтала создать что-то великолепное. Такое, что останется в веках, а не стать третьей женой толстого, мерзкого и старого мужика, от которого меня будет воротить.
