Адрес Эльмар не оставил. Вся затея с разводом внезапно показалась ему пустой блажью. Он вдруг обнаружил, что соскучился по ребятишкам, и досада на Галу заняла обычное, то есть почти ничего не значащее место. В конце-концов, он сам выбрал когда-то себе путь, и разным фантазиям не стоило придавать серьезный смысл. Что ему мешает снова стать художником, мастером или еще кем-то? Никто и ничто.
"Не дури, Эльмар, - сказал он себе. - Возвращайся-ка к семье. "
И он вернулся. К полнейшему изумлению окружающих (развод был-таки шумным) он преспокойнейше снова начал жить с Галой, и все, казалось, вернулось в накатанное русло. Но это только казалось.
Жизнь интересами детей больше не удовлетворяла Эльмара, и тем более его перестала устраивать роль "мужа Галы". Его потянуло к старым друзьям, ему захотелось побывать на выставке, сходить в театр. А однажды приснился маленький мальчик, которому он так опрометчиво пообещал когда-то найти отца.
"Интересно, где теперь Додька? - подумал Эльмар, проснувшись - Славный был мальчуган."
Наступила весна, и с первой капелью Эльмара вновь начало "водить". Ему снова стали сниться тревожные, уносящие в прошлое сны, где к нему являлась Рябинка. И снова он увидел маленького мальчика по имени Доди.
"Я твой сын. Что ты не идешь ко мне? " - сказало видение.
А потом запели в любовном экстазе птицы, и Эльмара страстно потянуло в путь. Жизнь стала для него совершенно невыносимой. Непонятное томление, охватывавшее его по временам, искало немедленного выхода. Нервы Эльмара, что называется, поползли, и местный невропатолог вынес вердикт: "Общее переутомление". Он прописал срочную перемену обстановки, и это, между прочим, полностью совпадало с желаниями Эльмара. Конечно же, ту бузовую канитель, в которую он себя затянул, пора было обрывать. Жить на полную катушку - для этого он был создан природой. Но как повернуть? Куда? И, главное, ради чего?
Искать приключений ради приключений, а опасностей ради опасностей? Бред! Пакость, бессмыслица! Работа, которой Эльмар занимался на заводе, ему нравилась. Но дать душе пару месяцев разрядки было совершенно необходимо.
Отпуск был взят. Эльмар сказал семье: "До свидания", - и рванул в Открытый. В белое здание на Центральной площади он заходить не стал, киностудию и Таирова отложил на потом. Душа его жаждала иных воспоминаний, и главным из них был старенький домик, где он провел когда-то столько захватывающих, насыщенных событиями лет. Где он принимал в гостях Рябинку, где создал ее портрет.
Вот она, бывшая его улица, вот он, дом.
"Интересно, кто там сейчас живет? - подумалось Эльмару в тот миг, когда глаза его наполнились созерцанием объекта его устремлений. - Надо забрать картину, если ее еще не выкинули."
Эльмар решительно поставил ракетку во дворик и направился к крыльцу. Ключ не понадобился, не понадобилось даже протягивать руку к звонку - дверь раскрылась от одного его прикосновения. Замок, следовательно, не меняли. Улыбнувшись, Эльмар прошел в гостиную.
Молодая светловолосая женщина сидела в кресле и кормила дитя.
- Это ты, Олесь? - спросила она, не поднимая головы. - Ну как, проводил Рябинку?
- Рябинку? - переспросил Эльмар, подумав, что ослышался. - Разве она опять здесь?
Женщина вздернула подбородок и удивленно на него воззрилась.
- Сана? - нерешительно проговорил наш отшельник.
- Эльмар? - прозвучал столь же неуверенный ответ. - Но разве ты не на Лиске? А Рябинка полетела туда ...
Часть III
НАСЛЕДСТВО САВАОФА
Возвращение
Рябинка действительно улетела на Лиску, но вовсе не за Эльмаром, как подумали Сана и другие ее новоземные знакомые. На Эльмаре Рябинка давным-давно поставила крест и думала о нем не больше, чем думают о напитке, испробованном десяток лет назад: приятно, но, увы, выпито. Он ее бросил - о чем тут было теперь горевать ли беспокоиться? У нее были дети, вот о них и надо было позаботиться. Да и о себе не худо было бы попомнить.
Поэтому-то и держала Рябинка курс на Лиску, что когда-то там у нее была любимая работа, друзья и, главное, мужчина, который ее любил и который нравился ей. Вот почему она снова села в кресло пилота космического кораблика и, сказав последнее прости планете чудес, нажала на нужные клавиши.
Все. Старт. Глядя, как стремительно убегает куда-то вниз пестро-голубая поверхность, Рябинка вспоминала свой последний большой разговор с Таировым.
- Не понимаю, зачем тебе от нас лететь? - говорил Таиров недовольно. - Чем тебе здесь плохо?
- Мне здесь вполне хорошо, - отвечала Рябинка. - Только у меня на Тьере осталась старая бабушка. Она меня, должно быть, уже похоронила, но порадовать человека никогда не поздно. И Доди разве не правнук ей? Она его растила.
- Но ты и остальных детей берешь.
- Конечно, беру. Да вы не беспокойтесь, о вашей планете они ничего никому рассказать не сумеют. Дороги сюда они не знают, а если и начнут о каких-то чудесах рассказывать, кто им поверит?
- Согласен, - кивнул головой Таиров. - И когда ты намерена отправиться в путь-дорогу?
- Как только вы вернете мне мой звездолет.
