Прежде, чем он успел перечислить все кары, причитающиеся нам не неисполнение приказов "его великой и сиятельной персоны", Клим с Максом, не особо утруждаясь в выборе, метнули в него заклятие Отторжения Крови. Ласомбра же вполне разумно решили, что и кокон, свитый из теней и тьмы, наброшенный на Спящего также будет нелишним. В первый момент нам показалось, что сила этого древнего вампира вовсе не так велика, как принято было думать. От Отторжения его явственно мутило, да и кокон, наброшенный на него Ласомбра, практически полностью успел закапсулировать его, но увы... Внезапность первого удара кончилась и последовала ответная плюха в наш адрес.
Он ударил не по всем, а лишь по Ласомбра, стремясь избавиться от сковывающее его движения скорлупы, причем ударил ярчайшей вспышкой света. Свет же — самое сильное оружие против Сородичей из этого клана. Раздался вопль и один из Ласомбра рассыпался в прах. Второй же оказался более предусмотрительным и успел трансформировать свой сотканный из тени меч в туманный диск, на некоторое время задержавший световой поток. Этого ему хватило, чтобы уйти в зеркало, а точнее, в зеркально начищенный паркет, и когда диск расплавился под действием света и ударил в то место где должен был стоять Ласомбра — произошло вовсе не то, что планировал Спящий. Временно ставший подобием зеркала паркет просто напросто отразил световой импульс в обратном направлении, заставив спящего срочно погасить заклятие. Мать вашу, ну почему эта сволочь так легко и непринужденно использует световые заклятия? Он же не Салюбри, но судя по всему обладает и их знаниями.
В не столь уж больших покоях Князя началась безумная игра в пятнашки. На Спящего обрушивали все, чем владели, причем самое лучшее и эффективное, одновременно ни на миг не переставая перемещаться в пространстве, затрудняя ему нацеливание заклятий. Вот Мануэлла активировала зону Смерти — заклятие, превращающее в прах все на своем пути, даже воздух. Под ногами раздается писк и шуршание от множества крыс, призванных Рольфом и эти крысы одержимы лишь одной целью — отобедать организмом Спящего. Слободан же, не будучи уверенным в силе маленьких зверьков, вместе с помощником срочно лепит из них одну большую суперкрысу улучшенного образца. А вот и все поверхности, могущие в той или иной мере заменить зеркала, отрываются со своих мест и кружатся в хороводе вокруг Спящего, хлеща его то световыми вспышками, то щупальцами, сотканными из тьмы. Это уцелевший Ласомбра мстит за своего друга. Я же, объединив свою силу с соклановцами, пытаюсь ментальным воздействием нарушить концентрацию Спящего и замедлить его реакцию, попутно бомбардируя его несложными заклятиями наподобие энергоударов и того же Отторжения или Кровавых Игл.
Шаткое равновесие, никто из нас не может одолеть, но и отступить не представляется возможным. К тому же Спящий очень результативно огрызается, и вот уже Цимитсу падает навзничь, сминаемый невидимой рукой в бесформенный ком. Через несколько секунд хоровод зеркал с печальным звоном превращается в облако стеклянной пыли и я даже не могу сказать, удалось ли Ласомбре убраться в более безопасное место. Во всяком случае, его тела я не вижу, но и его присутствия тоже. Внезапно краем глаза замечаю стремительный бросок — это Ден, заметив, что Спящий вроде бы оставил его без внимания, бросается в чисто физическую атаку. Пытаюсь остановить его, великолепно понимая, что это не небрежность Спящего, а трезвый и логичный расчет, но не успеваю. В Дена ударило древним, малопонятным для меня, но эффективным заклятием, рвущим связи между телом и душой и я великолепно осознаю, что жить ему осталось от силы секунду.
— Прости, Ден, — еле слышно шепчу я и делаю то единственное, чтобы хоть его смерть принесла его убийце проблемы, мало совместимые с жизнью.
Ритуал Возмездия, о нем много треплются в других кланах, не зная толком, что же это такое. Оно и понятно, он применяется чрезвычайно редко. По сути, для него нужно осознанно добить смертельно раненого соклановца и воспользоваться его кровью. Всей кровью без остатка. Сейчас был как раз такой случай.
