— Вы отправитесь на Кладбище Титанов. Но не для того, чтобы забрать осколок. А чтобы устроить там ловушку. Отряд «Теней» — это глаза и уши Ксао. Лишившись их, он ослепнет. Я хочу, чтобы вы их уничтожили. Всех до единого.
Это было уже не просто противодействие. Это было объявление войны.
— Мы не армия, — заметила Лира.
— Вам и не нужно быть армией, — ответил Джин. — Вы — нечто куда более опасное. Используйте свою силу. Используйте свою хитрость. Сделайте так, чтобы Кладбище Титанов стало их собственной могилой. Мои люди обеспечат вам транспорт и все необходимое.
Он встал, чтобы уйти.
— Ваша тихая война, Летописец, закончилась. Начинается активная фаза. Не подведите меня.
Он ушел, оставив их наедине с новой, еще более смертоносной миссией.
Они смотрели на карту, на далекие, неизведанные земли. Их игра в прятки закончилась. Начиналась настоящая охота.
Путь на запад был долгим, но комфортным. Лорд Джин сдержал свое слово. Они путешествовали не пешком, а в составе одного из его торговых караванов, имея статус «почетных гостей». Никто не задавал им вопросов. У них были лучшие припасы, лучшие лошади и доступ ко всей информации, которую собирали агенты Дома Вэй по пути.
Они использовали это время для подготовки. Лира изучала отчеты о западных землях, о повадках местных хищников и о климате. Кайен же большую часть времени проводил в медитации, совершенствуя контроль над своими силами. Он научился поддерживать свою «сеть» восприятия почти постоянно, не испытывая при этом сильного истощения. Он также практиковался с наследием Стазиса, учась не просто останавливать объекты, а замедлять их, создавая вокруг себя локальные поля искаженного времени.
Через месяц пути они покинули караван и дальше двинулись вдвоем. Ландшафт здесь был диким и первобытным. Гигантские, поросшие лесом, холмы и скалы, похожие на застывших чудовищ.
Они достигли Кладбища Титанов на закате.
Это было зрелище, от которого замирало сердце. На огромном плато, насколько хватало глаз, из земли торчали гигантские, почерневшие от времени кости. Ребра размером с осадные башни, черепа, в которых мог бы поместиться целый дом. Это было место последней битвы древних гигантов, и их предсмертная агония, казалось, навсегда впечаталась в эту землю.
Воздух здесь был тяжелым, пропитанным остаточной энергией такой силы, что у Кайена закружилась голова. Компас Изольды бешено вращался.
— Осколок где-то здесь, — сказал он. — И он… очень силен. Его энергия нестабильна, она искажает все вокруг.
— Отряд «Теней» тоже здесь, — прошептала Лира. Она указала на едва заметные следы у входа на плато. — Они пришли несколько часов назад.
Они начали свою охоту. Они двигались по плато, как два призрака, используя гигантские кости в качестве укрытия. Кайен вел их, ориентируясь не на компас, а на свою собственную, внутреннюю рябь, которую создавал осколок.
Он чувствовал его. Но эта Эпитафия была не похожа на другие. Она не была ни скорбной, ни спокойной, ни любопытной. Она была… яростной. Это была чистая, незамутненная, первобытная Ярость, оставшаяся от павшего в битве титана.
— Они у центрального черепа, — сказал Кайен, когда они взобрались на одно из гигантских ребер.
С этой высоты им открывался вид на центр плато. Там лежал самый большой из черепов, размером с небольшую крепость. У его подножия они увидели их. Десять фигур в черных доспехах. Отряд «Теней».
Они не просто ждали. Они проводили ритуал. В центре их круга стоял их лидер, и он держал в руках «Клетку Душ» — тот самый артефакт, который они видели у Тайрана. Они не собирались вступать в контакт с осколком. Они собирались поработить его силой.
— Мы должны их остановить, — сказала Лира.
— Нет, — ответил Кайен, его глаза холодно блестели. — Мы дадим им его поймать.
Лира удивленно посмотрела на него.
— Что?
— Этот осколок — чистая ярость, — объяснил Кайен. — Он нестабилен. Даже если они его поймают, они не смогут его контролировать. Не сразу. Они попытаются уйти. И вот тогда мы нанесем удар. В тот момент, когда они будут наиболее уязвимы, когда они будут тащить с собой ревущую, нестабильную бурю.
Это был рискованный, но гениальный план.
Они наблюдали. Ритуал клана был мощным. Руны на земле вспыхнули алым светом. «Клетка Душ» загудела, и из нее вырвались призрачные цепи, которые устремились в землю, к источнику ярости.
Земля задрожала. Из-под земли, из самого центра плато, вырвался столб ревущей, багровой энергии. Это был осколок Ярости. Он не имел формы. Он был просто чистой, первобытной эмоцией.
Цепи клана впились в него, пытаясь его сдержать. Осколок взревел, и даже на расстоянии Кайен и Лира почувствовали, как их собственная кровь закипает от этой ярости.
Битва между ритуалом и стихией длилась почти час. Наконец, с последним, отчаянным усилием, ассасины смогли затянуть ревущую энергию в «Клетку Душ».
Артефакт теперь бешено вибрировал, от него исходили волны жара. Лидер отряда, шатаясь от усталости, поднял его.
— Мы сделали это! — крикнул он своим людям. — Возвращаемся! Лорд Ксао будет доволен!