- Да ладно, не обижайся. Знаю я его. Ревнует. Слишком часто мы с тобой в последнее время стали встречаться. Мальчишка. А еще вице-президент, блин. Боится власть потерять.
- Я не девочка, чтоб ко мне ревновать, - просопел Сибиров.
- Забудь. Толстяк мне не нравится. Вы его пробили? Почему он мне не знаком?
- Николай Одинцов. Сорок шесть лет. Женат. Владеет частью алмазных приисков в ЮАР. Там же в основном и проживает. Долларовый миллионер. Старается не светиться ни в африканской, ни в русской тусовке. Чист, - отрапортовал Сибиров, - По рекомендации Кудесникова… Обижаете.
- Одевается он отвратно, - Дагонов с силой вдавил окурок в дно пепельницы.
- Это точно.
- А этот украинец… Бандорин, кажется… Ну который сегодня не пришел? Он очень серьезную сумму внес по графе «победа» в основной позиции. Деньги большие.
- Угольный магнат. Тоже старается не светиться. Есть два «медиа»-ресурса в Украине. Довольно известная там личность. Теневой рулила.
- Значит, победы не будет. Пощекочем теневого рулилу? - вновь улыбнулся Дагонов, - Дело у меня к тебе. У нашего парня проблемы. Тяжело ему. Надо бы помочь. Суть улавливаешь?
- Улавливаю, - вздохнул Сибиров, - Ехать самому?
- Твои орлы здесь и без тебя справятся. Это дело важнее. Вот тебе телефончик, - олигарх толкнул по столу лист бумаги. Тот сразу же прилип к сукну. Григоричу пришлось привстать, - Там уже все обговорено. За деньги отчитаешься.
- Хорошо.
- Запомни, на кону миллионы. Обязательно ему помоги, иначе хохол у меня нехило отожмет. Почти бюджет Нигерии, - олигарх достал очередную сигарету.
- Понял, - кивнул Сибиров.
- Иди.
Григорич выбежал на улицу, когда уже совсем стемнело. Он провозился у себя в кабинете, собирая вещи, и долго раздавал инструкции.
Обязательно надо было успеть забрать новую машину из автосалона. Завтра будет поздно. Завтра с утра он уже сядет на борт самолета, летящего в Украину.
- Пресс! Пресс! Ты спишь?
- Нет.
- Дай попить, а? - простонал Вик.
- Держи, - протянул его фляжку Алексей. В своей было пусто, - Вода заканчивается.
- Не могу…
Смертин осторожно поднес алюминиевое горлышко к губам сталкера. Вик жадно глотнул:
- Ты как? - совсем слабо просипел он.
- Паршиво. Как и ты.
А все действительно было крайне паршиво. Другого слова и не придумаешь. Лишай постепенно захватывал тело. Еще до заката он перекинулся с ноги на живот, спустя три часа дотянулся до груди и лопаток, а теперь вот вгрызался в плечи. Казалось, что с каждым часом он разрастается все быстрее и быстрее. Какой уж тут сон. Махровый человек…
Вик беззвучно рассмеялся. Со стороны можно было подумать, что грудь дергается в конвульсиях:
- Отходили мои ноженьки по Зоне, Пресс. Крынка, - все тело выше пояса хаотично, но плотно перетянуто бинтами и тряпками. Алексей проходил курсы оказания первой помощи. Этого было мало. Кровь до конца остановить так и не удалось. Дышал сталкер тяжело, с надрывом. Мерзко, одним словом. Без единой надежды.
Возможно, пуля задела легкое, может еще какой орган. Смертин слабо разбирался в медицине. Ясно как божий день - состояние Вика ухудшалось. Стрингер всерьез задумался, кто же умрет первый. Ему хотелось, чтобы Вик. И дело было даже не в эгоизме, желании протянуть на секунду дольше, вгрызаться в этот мир. Ему было жутко от того, что сталкер останется один. Будет лежать, не имея возможности пошевелиться и умирать в собственных нечистотах. Или на запах человеческого тела в подвал проберется какая-нибудь тварь, станет жрать его еще живым. Смертин даже готовился в последние минуты жизни пустить Вику пулю в голову, но не был уверен, что поднимется рука. Сучья Зона. Она умела ломать людей. Заставлять их перешагивать через свое «я», вытирая о него ноги. Стрингер готов был биться до конца.
- Пресс… ты только за мойку не ходи… где сортир деревянный… не ходи и все тут… «паровоз» там…
- Это еще что?
Каждый день полон чудных открытий. Главное, чтобы они его не доканали. Ладно, сдохнет, а без шифера не импонирует остаться. Шифер-то у крыши не железный…
Сдохнет… Сдохнет…
Черт! Даже тут в затылок! Может, все давно потекло? Кренится потихоньку грот-мачта, кренится…
- «Паровоз» это… это «паровоз». Я его ночью видел, когда ты меня пер. Белесый он, как сливки и тянется, тянется… Не ходи… Сдохнешь…
От «экстазовцев» они ушли легко и непринужденно. Слишком приличной была фора. Солнце клонилось к закату, а преследователям нужно было еще пробиться через аномалии. Пусть даже они выбрали самый безопасный путь. Лишний крюк только дали.
Боя все- таки избежать не удалось. Хотя и боем-то эту мелкую стычку сложно назвать. Вик самостоятельно идти не мог, они залегли на вершине пригорка и открыли беспорядочную стрельбу. Стрелял в основном Смертин. Много, громко и безрезультатно.
