Сквозь стоны и посвисты ветра за стеной я уловил, как треснула под чьей-то ногой сухая ветка. Зашуршал гравий — будто сыпались в чашку кукурузные хлопья. К дому подкрадывались по меньшей мере двое. Будь это случайные люди, они бы уже позвонили в дверь. Я пошарил по полу ногой, нашел туфли и надел их, накинул халат. Пистолет с взведенным курком сунул в карман халата. Наощупь отыскал дверь и вышел в коридор как раз в ту минуту, когда Бонтан щелкнул выключателем и зажег свет — у него на плечах был красный плед.
— Хорошо, что я ещё не успел заснуть, — сказал он, — Вы тоже слышали?
— Да.
— Оружие у вас есть?
Я похлопал себя по карману. У него оказался маузер старого образца.
— Ариана считает, что кто-то вас выследил. Обычным грабителям здесь делать нечего.
— Я бы заметил, — возразил я. — Я был очень осторожен…
Бонтан усмехнулся:
— Даже во Франции за журналистами не гоняются по всей стране и не навещают ночью. — Он сделал ударение на слове "журналистами", но я притворился, будто не заметил, спросил только:
— Что делать будем с этими шутниками?
Мы уже спускались по лестнице к дверям.
— Они наверняка заметили свет, — сказал Бонтан. — Если их это не остановило, значит, настроены ребята серьезно. Дадим-ка парочку предупредительных выстрелов…
Застекленная дверь выходила как раз на дорожку, с которой слышались шаги. Бонтан знаками показал, что мне следует прижаться к стене, и стал открывать. Он только ещё собирался откинуть крючок, как посыпались стекла, раздалось негромкое "пффф" — выстрел был сделан из пистолета с глушителем, пуля попала в стену справа от меня. Бонтан выстрелил сквозь образовавшуюся дыру, грохот потонул в шуме ветра.
— Машина подъехала всего одна, — произнес он, — Стало быть, их не более четверых. Ну, может, пятеро…
— Я слышал шаги двоих.
— Минимум двое, максимум пятеро.
Свет на верхнем этаже погас, послышались шаги босых ног, к нам спускалась Ариана. — Обойдемся без света, — сказала она спокойно, будто не происходило ничего необычного.
— Ты револьвер взяла? — спросил Бонтан.
— Взяла.
Тут снаружи выстрелили снова, и пуля, пробив дверь, опять угодила в стену, на этот раз посыпалась штукатурка.
— В кустах прячутся, — определил Бонтан. — Метрах в четырех отсюда. Сделаем вылазку, а то они достанут нас с другой стороны. Вы оба оставайтесь здесь, а я вылезу в окно гостиной и зайду со стороны сада. Авось это их озадачит.
Через несколько минут в саду прогремело сразу три выстрела. Из кустов просвистели в ответ три пули — стрелявшие били в направлении, где находился Бонтан.
— Не беспокойтесь за него, — сказала Ариана, — Он не пропадет.
— Я отвлеку их на другую сторону дома, а вы постреливайте время от времени отсюда, — предложил я.
— Идет, — согласилась она.
Очутившись в столовой на другом конце коридора, я, несмотря на тьму кромешную, почувствовал, что в комнате кто-то есть: тянуло холодным воздухом сквозь открытое окно.
— Они уже здесь, — крикнул я Ариане и мгновенно упал ничком. Выстрел пуля просвистела слева. Я выстрелил на звук — кто-то невидимый вскрикнул, простонал коротко, под упавшим телом тяжко затрещали половицы.
— Попал! — крикнул я снова, — оставайтесь на месте, может, он только ранен.
Как я ни прислушивался — в комнате ни звука. То ли тот, кто вторгся сюда, убит, то ли просто выжидает. Пошарив руками в темноте, я обнаружил ножку стола и по ней дотянулся доверху, нашел пепельницу. Что было сил запустил ею в стену, она ударилась, отскочила с металлическим лязгом. Если бы лежавший только притворялся убитым, он не упустил бы такой шанс… Но в комнате снова воцарилась тишина. Я поднялся, отыскал выключатель и зажег свет.
Он лежал ко мне ногами, упираясь головой в стену. Мой выстрел швырнул его навзничь и, похоже, падая, он сломал себе шею: так неестественно повернута голова. Над левым глазом чернеет аккуратная дырочка. Тонкая струйка крови успела заполнить глазную впадину и стекает по щеке на борт черной кожаной куртки. Другой глаз уставился на меня, рот широко открыт. Крови не так уж много, но пульс можно и не проверять. Совсем молодой парень, не больше двадцати двух. Смуглый, худой — скорее всего, араб. Садовая жирная земля прилипла к подошвам тонких туфель. Кто бы он ни был но уж не полицейский, это точно.
Выстрелив пару раз в окно, чтобы напомнить о себе нападавшим, я ухватил его за лодыжки и выволок в коридор. Голова глухо стукнулась о порог. Поспешно обшарил его карманы. Удостоверение личности: Махмуд Бен Баллем. Алжирец. Парижский адрес — Менильмонтан. Может, документ и настоящий. Больше ничего интересного: стофранковая банкнота, связка ключей, несколько листков, на которых нацарапано нечто неразборчивое, огрызок карандаша, фото улыбающейся женщины — блондинка, простоватая.
Из зала снова донеслась стрельба, в ответ — едва слышные выстрелы из пистолета с глушителем, стрелял тот, кто засел в кустах возле входа. Но я уловил и другой звук: кто-то находился с моей стороны дома — видно, нас пытаются окружить.
— Вы в порядке? — крикнул я Ариане.
