"Красная звезда" тогда писала, что генерал "исчез с оперативных карт Генштаба и разведсводок дудаевских боевиков. Его колонна, протяженностью 20 километров и в составе более 500 машин, ночными маршами, скрытно, в режиме радиомолчания преодолела более 500 километров бездорожья, не вступая в боевые столкновения, обходя засады и вытаскивая самые безнадежные с технической точки зрения машины".
Рохлин не сразу принял решение идти в обход. Первоначально предложенный командованием группировки войск в Чечне маршрут должен был пролегать совсем в другом направлении - через поселок Хасавюрт. На этом настаивал Анатолий Куликов, впоследствии министр внутренних дел, командовавший в то время силами МВД в Чечне. Комкор не мог взять в толк: почему его подразделениям предлагают пойти через крупный населённый пункт? Это противоречило всем мыслимым правилам движения войск в условиях противодействия противника. Не на парад же шли войска. И не с цветами встречали их местные жители. Лучшего места для засады, чем поселок или город, не найти.
Не принимать же всерьез рассуждения о невозможности демонстрировать опасения относительно лояльности местных жителей...
А ларчик открывался просто. Настояния Куликова диктовались отнюдь не тем, что он разделял идею подобных рассуждений. Анатолий Сергеевич руководствовался куда более прозаическими соображениями. В районе Хасавюрта чеченские боевики блокировали полк внутренних войск. И генерал рассчитывал, что войсковая колонна отвлечет на себя противника и позволит его людям выйти из блокады. Открыто попросить помощи будущий министр, похоже, не решался.
Короче, ситуация была вполне банальной.
- В условиях отсутствия единого командования, - говорит Рохлин, - подобное поведение начальников объяснимо. Каждый печется только о своих. И если готов разделить ответственность с соседом, то совсем не поровну.
Позднее Рохлин еще не раз столкнется с этим. А некоторые представители МВД попытаются впоследствии обвинить его во всех смертных грехах, начиная с ошибок, по их мнению, в управлении войсками в целом и заканчивая якобы неправомерными требованиями в решении отдельных задач. Впрочем, хулителей генерала и без этого будет в избытке. Но появятся они лишь после того, как он скажет правду о проблемах армии и порочности системы управления силовыми структурами.
...Когда наконец обнаружилось, что колонна идет совсем в другом направлении, те, кто следил за ее движением, не могли взять в толк, что происходит... Когда же генерал со своими войсками появился у станицы Червленая и начал подготовку к переходу моста через Терек, примчались гонцы от МВД. Выяснилось, у них новые проблемы: 81-й опон (оперативный полк особого назначения, иногда в документах его обозначают чуть короче: пон. - Авт., не путать с 81-м армейским полком из Самары, о судьбе которого мы еще поговорим) попал в сложную ситуацию. Дудаевцы, по их сведениям, сосредоточили большие силы для нанесения удара по полку.
- Из полка передают, - рассказывает Рохлин, - что противник превосходит их в 6 раз. Я к ним не успеваю. Была ночь. Принимаю решение: развернуть артиллерию. Что значит развернуть ночью артиллерию, может оценить только тот, кто этим занимался. Артиллерия привязывается к позициям. Ждем. Из полка кричат: "Помогите, началась атака!" - "Как помочь?" - спрашиваю. "Пришлите танковую и мотострелковую роту на БМП [БМП- боевая машина пехоты.". Послать ночью танки и БМП - значит заведомо обречь их на уничтожение. Они слепые как котята... Выходит на связь Куликов: "Лев Яковлевич, помоги..." Я говорю: "Дайте мне координаты противника, помогу артиллерией". Дают координаты. Начинаю разбираться по карте - это центр полка. Спрашиваю Куликова: "Туда бить?" Он просит: "Разберись сам". Выхожу на связь с полком. Беру отступление на километр... Артиллерия дает предупредительный выстрел. От радости 81-й полк зашелестел: "Туда, и побольше, и побыстрее!" Атакующие разбежались. Спасение полка окончилось. Нас встречали как героев. Командир полка просит дать ему зенитные установки ЗУ-23-4. А то у них ничего нет. Разве откажешь?
А вскоре к Рохлину прибыл человек, представившийся комендантом Надтеречного района. Он угрожал, что на пути войск встанут женщины и дети.
- Чеченские мужчины - смелые мужчины, - сказал генерал.
- Да, - подтвердил комендант.
- Чеченские мужчины - гордые мужчины, - продолжал Рохлин.
- Да, - вновь подтвердил комендант.
- Совсем как моджахеды в Афганистане...
Тот кивнул.
- Но смелые моджахеды никогда не посылали впереди себя женщин.
Комендант, что называется, спал с лица.
- Это война? - выдавил он.
- Нет, - сказал генерал.
- После ухода коменданта, - рассказывает Рохлин, - я попросил командира 81-го опон не дать возможности женщинам и детям прорваться к войскам. А сам двинулся в обход станицы Червленой.
