В то же время он не собирался торговать объективностью, заявив, что его слова вовсе не значат, "что мы, военные, довольны положением дел в государстве и армии". Генерал не скрывал своего отношения к предшествующей политике президента и правительства, которую те проводили в отношении армии, доведя ее до поражения в Чечне. Практически все его выступление на съезде НДР является критикой созданной системы управления деятельностью Вооруженных Сил (см. полный текст выступления в приложениях). На примере Северо-Кавказского военного округа и 8-го гвардейского корпуса он показал бедственное положение военнослужащих и предложил ряд мер по улучшению финансирования армии.
Продолжительные аплодисменты, которыми его наградила эндээровская аудитория, укрепили веру генерала в правильность своего шага.
Осторожный и хитрый с противником, Рохлин, как и большинство военных, открыт, наивен и простодушен с теми, кого считает друзьями.
Тогда ему позволяли говорить что угодно, снимали на телевидении, в кино, водили на пресс-конференции.
ПРЕСС-КОНФЕРЕНЦИЯ ОДНОГО ИЗ РУКОВОДИТЕЛЕЙ ПРЕДВЫБОРНОГО ОБЪЕДИНЕНИЯ "НАШ ДОМ - РОССИЯ" ГЕНЕРАЛ-ЛЕЙТЕНАНТА ЛЬВА РОХЛИНА
(Гостиница "Мир", 23 сентября 1995 г., 12.00)
"РОХЛИН: Вся цель моей политики будет единственной - это борьба за армию, за Родину. Две вещи, которые я считаю абсолютно неразделимыми. Почему я оказался, к примеру, в "Нашем доме - Россия", а вот было десяток предложений других? Ну, во-первых, тот генерал, тот офицер, который служит, конечно, не имеет права шататься - мое мнение - по партиям. И примите к сведению, что из действующих генералов только я один, как вы говорите, участвую в политике.
Но я ни в коем случае - ни в коем случае - не считаю ошибкой то, что я оказался в движении "Наш дом - Россия". Во-первых (еще раз повторяю), у меня появилась возможность голоса, возможность борьбы за Родину, возможность борьбы за армию. Никто ни в одном выступлении не услышит лести правительству, лести президенту, попыток лично с моей стороны воспользоваться моментом, чтобы достигнуть того или иного рубежа.
ВОПРОС: Свадебным генералом себя не ощущаете? Вы думаете, что ваше присутствие в качестве депутата в Думе может изменить что-то?
РОХЛИН: Ну, я считаю, что в Думе мне не место. Я должен, я умею командовать. Это не хвастовство. Меня представляли к Герою Советского Союза в Афганистане за то, что я умею командовать. Я прекрасно справлялся с задачами в Закавказье по той причине, что я умею командовать... Я считаю, что я принесу большую пользу Родине хотя бы на Северном Кавказе.
ФРОНИН: Лев Яковлевич, спасибо. Прошу следующий вопрос.
...РОХЛИН: Как, на мой взгляд, будет голосовать армия?
Ну, во-первых, я считаю (и это мое кредо), что мы должны бороться... Вот я сейчас в Волгограде - идет избирательная кампания - всячески борюсь. Не за партию в целом, а за лучших из лучших. Лучшие есть везде, и в "Нашем доме - Россия", и среди коммунистов, и среди демократов, и среди...
ФРОНИН: Зеленых, экологов?
РОХЛИН: ... и среди русских общин. И вот мое предложение стать мэром было директору судостроительного завода Максюте Николаю Кирилловичу. (Член КПРФ. Ныне губернатор Волгоградской области. - Авт.)
ФРОНИН: Это в Волгограде?
РОХЛИН: В Волгограде. По той причине, что в очень тяжелое время он с трудом, но сумел удержать этот завод оборонного характера. Он не рвался по заграницам, он честно и добросовестно работал.
... Но сейчас во всех движениях зачастую к власти рвутся шарлатаны, говоруны, крикуны. Это раз. Второе. Изменилась ситуация: те же шарлатаны, крикуны и говоруны, которые прорвались только за счет того, что обещали и ничего не делали, развалили Россию, сейчас имеют огромные капиталы, имеют свои банды (или охрану), имеют лобби, имеют возможности, подмяли телевидение, подмяли газеты. Я не говорю про все и про всех - все газеты, все телевидение, но частично есть примеры. У них уже совсем другая сила. И по этой причине скопом, если что-то надо, то, по всей видимости, можно промахнуться. Надо выискивать - выискивать - тех, кто своим трудом, тех, кто своим делом по-настоящему сумел доказать, что способен сделать дело, и бороться за них. Это мое мнение..."
Говоря все это, генерал демонстрировал свое понимание демократии. Понимание, которое было у многих в первый год "перестройки". Это тогда разрешалось фантазировать по поводу "свободы слова", позволялось отбрить "товарища по партии", даже если он по службе является твоим начальником. Это в те романтические времена критическое слово принималось на христианский лад: ударили по одной щеке, подставь другую.
Задача такой демократии была давно решена: Союз развалился, власть в России сменилась. И те, кто занял места в высших ее кабинетах, не собирались больше терпеть беспредел "товарищеской" критики.
Но Рохлина, с его устаревшим пониманием вещей, терпели. Популярность генерала решала проблему приобретения голосов избирателей не в меньшей степени, чем огромные деньги, которые могло вложить правительственное движение в предвыборную кампанию.
