- Вы нам без надобности, - сказал ему мой учтивый муж. - Я сам пригляжу за Рамсесом.
- Я бы предпочел... - начал Немо.
- Зато мне вы нужны позарез, - встряла я.
- Но, профессор...
- Миссис Эмерсон, в отличие от меня, готова найти вам применение, молодой человек. "Делу время, потехе час" - вот ее девиз. - И Эмерсон прожег меня взглядом.
Немо снова шлепнулся на землю и сердито насупился. Я дождалась, пока мое семейство скроется за глинобитной стеной, и сказала с задумчивым видом:
- Я бы не отказалась от глоточка виски, а вы, мистер Немо?
От неожиданности он разинул рот.
- Прошу прощения?
- Загляните в дом. На столе найдете бутылку и рюмки. Принесите, будьте так добры.
Он послушался. Я наполнила рюмки, чувствуя его удивленный взгляд.
- За Ее Величество! - сказала я, поднимая рюмку. - Храни ее Господь!
- За королеву... - отозвался он растерянно и тоже поднял рюмку.
Курильщики опиума обычно не могут похвастать аппетитом. Съел Немо очень мало, и спиртное подействовало на него почти мгновенно. Как я и надеялась, ритуал, которому привержены англичане обоих полов, сказался на нем благотворно: ему сразу опротивело сидеть на земле, и он взгромоздился на стул.
- Я не пробовал виски уже много месяцев, - пробормотал он.
- Хорошее виски - лучшее лекарство! - заявила я. - Ничто так не лечит усталость и легкие нервные расстройства. Разумеется, неумеренные возлияния я не одобряю, но почему не выпить немного в приятной обстановке? Разве это сравнится, например, с опиумом?
Немо опустил голову:
- Так я и знал! Избавьте меня, пожалуйста, от нотаций, миссис Эмерсон. Не надо зря тратить свое и мое время.
- Мы еще не обсудили условия вашего найма. Не надейтесь, что я позволю вам услаждать себя наркотиками во время работы. Охрана Рамсеса требует неусыпного внимания и неутомимой энергии.
Молодой человек опустил голову еще ниже:
- У меня не осталось ни того, ни другого.
- Глупости! Вчера вечером эти качества у вас еще были. Когда вы успели их растерять? Я ведь не требую от вас полного отказа от пагубного пристрастия. Просто воздерживайтесь от наркотиков, пока сторожите Рамсеса. Или это невозможно?
Немо промолчал, но мне показалось, что он подобрался. Я продолжила убедительным тоном:
- Один день в неделю вы будете свободны. Это, конечно, неслыханный либерализм, но я известна своей щедростью. В выходной можете хоть целый день пребывать в трансе, хоть мычать, уподобившись животному, если иначе вам нельзя, но в остальное время извольте оставаться человеком. Я с радостью выделю любое количество виски, если это...
Я не договорила: его плечи задергались, в горле клокотало рыдание. Как трогательно! Выходит, я разбудила в этом бродяге чувство собственного достоинства. Он пал не так низко, как я опасалась, и его еще можно возродить, отучить от губительной привычки и вытащить из сетей Гения Преступлений! Это было бы замечательным достижением, настоящим подвигом. А на подвиг я готова денно и нощно.
Пока я предвкушала подвиг, Немо поднял голову. Лучи заходящего солнца еще больше заострили его черты, на щеках блестели слезы.
- Миссис Эмерсон... - Он так расчувствовался, что больше ничего не смог сказать, только сделал глубокий вдох. Не знала, что в такую худосочную грудь может поместиться столько воздуха. Вот как я действую на людей!
- Я все понимаю, мистер Немо! Больше ничего не говорите. Вернее, скажите одно: что постараетесь.
Он молча кивнул.
- Может, еще виски? - предложила я, берясь за бутылку.
Такого великодушия мой пациент не ожидал. Вскочив с протяжным стоном, он скрылся в доме.
Пришлось мне выпить еще рюмочку в одиночестве. Согласитесь, я заслужила награду: сеанс внушения прошел лучше, чем можно было предположить. Размышляя о судьбе молодого человека, я упустила из виду повадки крупных преступников: они завлекают в свои подлые сети богатых и бедняков, грешников и праведников. Неискушенный Немо совершил, как видно, какой-то вполне невинный проступок и стал жертвой шантажа ГП (не твердить же все время "Гений Преступлений", тем более что я не слишком верю в его гениальность!). Теперь цель бедолаги Немо - вырваться из капкана и вернуться в порядочное общество.
Увлекшись этими приятными размышлениями, я не заметила, как короткие сумерки сменила лунная ночь. Из хижины, где обитали наши работники, доносился смех. Я вспомнила, что меня ждут дела. Что ни говори, а мечтать о спасении заблудших куда интереснее, чем хлопотать по хозяйству...
Комнату попросторнее я превратила в гостиную и одновременно в кабинет. Поставила в ней раскладные кресла, печурку, пол застелила разноцветными восточными ковриками. Оставалась сущая мелочь: распаковать полдюжины ящиков. Начать следовало со своей аптечки, так как уже на заре к нашим дверям потянутся страждущие. В этом краю, вдалеке от больших городов, с докторами знакомы смутно, а о больницах вообще не слыхивали, поэтому в деревне любого европейца принимают за врача. Этой деревне повезло: сюда нагрянула я.
