А вот Гелий Ервандович Серебряков предлагает другую гипотезу – не заниматься разработкой микропроцессоров, а смоделировать работу человеческого мозга, создав избыточное число кубитов. У него чрезвычайно интересная теория о самонастройке связанных квантовых состояний в сверхбольших монокристаллах. Он предлагает пренебречь неизбежным числом дефектов кристаллической решетки, компенсировать их объемом сохранных структур.
Что-что? Вы не специалисты в области квантовой физики? Так привозите специалистов, наверняка им будет интересно. Включить его сейчас? К сожалению, у нас произошел скачок электромагнитного поля, так что в данный момент «Невод» в нерабочем состоянии. Обстоятельства аварии уже расследуются.
– Значит, все, – повторил Сенокосов. Все кончится, они вытянут «Невод» пустым, при коллапсе аномалии, при самых оптимистичных прогнозах, будет разрушено двадцать процентов кристаллов. Установка встанет на год. Проверок набежит, но да черт с ними…
«В отпуск уйду, – подумал Сенокосов. – По состоянию здоровья. Сердце ни к черту».
– У тебя еще два дня, – продолжал Аршинцев. – Пока запускается «Ромашка». К субботе мы должны быть или на коне, или на щите, как говорится. Нужен результат, тогда ситуация в корне изменится.
Олег Геннадьевич сел на стул, потер грудину. Слабость какая-то в ногах.
– Это приказ?
– Работай, Олег, нам нужен прорыв. Как воздух.
– А директива на запуск «Ромашки»?
– Будет, – сказал Аршинцев и отключился.
Олег Геннадьевич послушал частые гудки, положил трубку.
За два дня обуздать аномалию и найти ключ к управлению этим процессом?
Он взял умник.
– Паша, готовь Лагутенко к
Сувлачную «У Марика» найти было просто. Надо было идти по срединной улице Советов, по нечетной стороне, и прямо после старого здания Суджукпочтамта, где теперь располагались богато отделанные палаты частной казны «Лунчуань», свернуть налево. Пройти сквозь проход и во дворе здания сталинских времен спуститься вниз.
Город был на склоне, он застраивался уступами, и потому дворы здесь часто оказывались разноуровневыми и соединялись узкими лестницами.
Сенокосов спустился по ступенькам, прошел насквозь узкий, шумный зал, в котором вилась бесконечная, будто закольцованная мелодия азербайджанской зурны, и вошел во внутренний дворик, укрытый деревянным навесом.
В дальнем углу, отгороженный бумажным полотном, на котором красовались волоокие персидские красавицы, сидел грузный мужчина в синей рубашке, расстегнутой на груди. В седых волосах на груди запутался золотой крест. На подносе «сухого льда» перед ним дымился графинчик с водкой. Стояла тарелка сувлаки.
– Похолодало, – сказал Сенокосов, садясь за стол. – А ты чего-то распахнулся.
Мужчина кивнул, снимая зубами кусок мяса с деревянной шпажки.
Перед дьяком суджукского управления Тайного приказа Семеном Петровым лежали уже две освежеванные шпажки и еще четыре дожидались своей очереди.
– Горазд же ты жрать, Семен Иванович, – не удержался полковник. Он с утра перехватил только тост и чашку кофе. Звонок от главы местного Тайного приказа пришел, когда он уже был на пороге, а внизу стояла машина. Пришлось отпустить водителя. Лучше не игнорировать местную контору, тем более что Петров его вниманием не баловал. Как познакомились они два года назад, при вводе «Невода» в строй, так с тех пор и не общались. У Петрова своя петрушка, а у него своя кинза, у каждого в собственном огороде дел хватает. Дьяку Тайного приказа достаточно знать, что есть такое закрытое предприятие, что занимается оно земной корой, а дальше – не его ума дело, пусть лучше окраинских шпионов ловит и турецких контрабандистов в море высматривает.
Теперь, значит, Петров решил, что предприятие «Око» все-таки в его огороде.
Сенокосов огляделся в поисках полового.
Полового не было.
– Ты погоди, сейчас подойдет, – сказал Семен Иванович. – Закажем, посидим, поговорим, пока товарищи подтянутся.
– А что, мы еще кого-то ждем? – удивился Сенокосов.
– Да нет, уже дождались, – сказал Петров.
К столу подсел вежливый человек в сером служебном платье с искрой. Приталенный кафтан без ворота, назойливый блеск нагрудного знака. Циркуль-кругомер и книга. Ну разумеется, куда же без этих крыс.
– Знакомься, Олег Геннадьевич, наш коллега из ПОРБ.
– Меринский, Владимир Лютовладович. Приказ общественного развития и благоустроения, отдел общественной безопасности, – кивнул мужчина.
Сенокосов без энтузиазма пожал руку порбовцу – твердая, решительная.
«Такой рукой хорошо колоть кирпичи, – подумал полковник. – Указывать путь в светлое будущее».
– Так в чем дело, господа?
– Это ты нам скажи, в чем дело, – Петров разлил водку на три рюмки и принялся за четвертую шпажку. – Мне вот указы приходят – оказать тебе всяческое содействие. Ты не знаешь, Олег Геннадьевич, зачем они мне приходят?
– Не в курсе, – хрипло сказал Сенокосов.
