— Вы правы, лейтенант, вот и всё, — ответил Коллинз. — Что мы могли обнаружить на этой лодке такого, чтобы это их пугало?
Эверетт и Менденхолл были озадачены ничуть не меньше Джека.
— Что бы то ни было, оно в этой папке и в этой развалине. Либо что-то обнаруженное во время первоначальных исследований артефакта в тысяча девятьсот шестьдесят седьмом, либо то, что мы можем найти сейчас. Так что надо, чтобы кто-то проштудировал документы, а нам придется еще покопаться в останках.
— И надеяться, что оно не сгорело к чертям.
Джек шлепнул панку Менденхоллу на грудь.
— Верно, лейтенант. Получайте свою работу. Хватайте кого потребуется, собирайте любую команду и добудьте мне ответ.
Взяв папку, Уилл чуть не выронил ее в грязную воду — на лице его было написано, что выполнить приказ будет нелегко.
— Да, сэр… Могу я взять любого доктора или профессора, какого захочу?
— Да, просто хватайте их за загривок и ступайте. Нам нужны ответы, лейтенант, так что за дело.
Первый помощник медленно взбирался по спиральной лестнице в наблюдательную кабину в самом нижнем ярусе боевой рубки. Постучал, открыл дверцу в личную каюту капитана и увидел, что она сидит в большом кресле с высокой спинкой, молча глядя из иллюминатора размером тридцать пять на двадцать футов по левому борту на море, бегущее мимо прочного корпуса.
— Капитан, извините, что беспокою, но я подумал, что вам захочется знать, что ваши предположения о том, что попытаются предпринять президенты Соединенных Штатов и Венесуэлы, оправдались. Мы получили подтвержденные приказы выйти в море четырем нефтеналивным танкерам из Портсмута нынче утром. Их сопровождает эскорт Королевских ВМС и как минимум одна подлодка класса «Трафальгар».
— Венесуэла?
— Два танкера с китайскими и венесуэльскими судами сопровождения. — Говоря это, Сэмюэльс отвел глаза, а когда вновь посмотрел на капитана, то понял, что повелительница «Левиафана» размышляет, по своему обыкновению прикрыв глаза. — Позволить им пройти, как вы хотели поступить нынче утром?
Она открыла глаза, и первый помощник увидел, что сейчас она не под наркотиками. Глаза ее были чисты и полны огня, напоенного ненавистью и злобой.
Капитан встала в полутьме, подсвеченной зеленоватыми рефлексами от моря, и сошла с подиума. Медленно подойдя к большому округлому иллюминатору, приложила руку в перчатке к толстому стеклу и сама со вздохом прислонилась к нему.
— Капитан, вам плохо? Может, прозвать доктора, чтобы…
— Запланированная атака подготовлена?
— Да, капитан, но вы приказали избегать дальнейшего кровопролития.
— Я меняю приказ. Удары наносить только по боевым кораблям. Танкеры не трогайте, пусть себе идут своим путем. Я подозреваю небольшое жульничество, по крайней мере с британской и американской сторон доски. А еще я не хочу, чтобы хоть один из китайских или британских — а равно и американских, если они к ним присоединятся, — боевых кораблей еще раз увидел порт. И наплевать на жертвы. Капитан хлопнула по стеклу и попятилась на шаг. — Они испытывают не того человека, Джеймс; недвусмысленно растолкуй им, как «Левиафан» может быть в двух местах одновременно.
— Может, мы сперва встретимся с нашими гостями… В смысле, капитан, у нас есть время; чтобы прийти в порты назначения, этим судам потребуется неделя, а то и поболе. Мы могли бы избежать жертв, пока не объясним, почему перенесли действия в Мексиканский залив.
— Мистер Сэмюэльс, нам необходима стойкость в намеченных свершениях. Мы сражаемся не за себя. Океан понес в Средиземноморье слишком большие жертвы, чтобы терять то, что есть в заливе. А теперь, пожалуйста, выполняйте приказ.
— Есть, капитан, — склонил голову первый помощник.
— Джеймс, до сих пор вы исполняли мои приказы без колебаний. Пожалуй, вам лучше объяснить свою нерешительность в данном случае.
Первый помощник застыл на пороге люка и медленно обернулся:
— Я никогда не подвергаю ваши приказы сомнению, капитан. Однако этим вы опровергаете свои же приказы, отданные перед отплытием. Вот я и подумал: может статься, вы чего-то недоговариваете: о своем здоровье, о визитах к доктору… И почему на большинстве этих посещений присутствует сержант Тайлер?
Капитан даже не обернулась от иллюминатора, но он видел, что глаза ее закрыты, а зубы прикусили нижнюю губу. Он мог бы головой поклясться, что в душе у нее разыгрывается серьезный конфликт.
— Я… я не припоминаю встреч с…
Оборвав на полуслове, она шагнула обратно к большому креслу, знаком дав понять, что разговор окончен.
— Я доложу об исходе атаки, как только сделаем дистанционную оценку ущерба, капитан.
Подождал отклика, но, так и не дождавшись, медленно покинул приватный пост управления.
