А вот когда он наконец погас... Тарлиану показалось, что прошла целая вечность, прежде чем это произошло. Но когда его перестало нестерпимо жечь, и лишь где-то в сердце осталась спокойная, ровная искорка, он смог осознать, что же с ним случилось...
Что бы сделали Вы, многоуважаемый читатель, если бы обнаружили, что руки Ваши превратились в крылья, тело покрылось перьями, да вдобавок ко всему, еще и хвост вырос? Одним словом, если бы вы превратились в птицу? Вот то-то и оно. Немудрено, что Тарлиан поначалу растерялся, да так, что чуть не упал, потому что он, как оказалось, висел в воздухе. Пришлось начать махать крыльями, чтобы не упасть. Это его немного взбодрило, и Тарлиан вспомнил, что о чем-то таком ему говорил Старейшина Домиан. Что ж, тогда нечего удивляться тому, что в этом золотисто-алом оперении он чувствовал себя едва ли не комфортнее, чем в человеческом обличье.
Заметив, наконец, как на него смотрят легионеры - а во взглядах их явно читались злоба, ненависть, непонимание и даже некоторый испуг перед неведомой им силой, Тарлиан не смог скрыть своего торжества. Он пролетел почти над самыми головами легионеров, опять же, не удивляясь тому, как хорошо ему удается владеть крыльями: будто всю жизнь летал! Легионеры же, только завидев его маневр, снова метнулись куда-то в сторону. И если бы птицы могли смеяться, Тарлиан засмеялся бы. Ощущение неведомой прежде свободы захлестнуло его с головой. И Тарлиан перелетел чрез стену.
Но не стоит думать, многоуважаемый читатель, что он забыл о Ли-фанне и Мифъоле. Нисколько. Он просто думал, что они давно уже на свободе...
***
А Ли-фанна и подумать не могла о том, чтобы бежать к долгожданной когда-то свободе. Она вообще ни о чем думать не могла, кроме одного: Мифъола больше нет. В голове осталась лишь одна эта мысль. Она кровью стучала в висках, разливалась по всему ее существу... Почему? Зачем он умер? Именно сейчас - зачем?
Она не видела ни превращения Тарлиана, так же, как он не видел ее, ни того, что легионеры отступили, завидев его метаморфозу... ни того, что трое легионеров подбираются к ней сбоку, намереваясь снова схватить... да даже если бы и схватили, она, наверное, не стала бы сопротивляться.
Им удалось подобраться близко... слишком близко. Еще каких-то пара мгновений, и Ли-фанна вновь стала бы пленницей Легиона, но тут, откуда ни возьмись, появился Рональд. На то, чтобы расправиться с тремя легионерами сразу, у него едва ли ушла минута. Потом он посмотрел на Ли-фанну и лежащего рядом Мифъола... на лице у него одна за другой сменились несколько эмоций, причем с такой скоростью, что разглядеть их было почти невозможно.
Потом Рональд зачем-то взял ее за руку. Тихо-тихо прошептал что-то, глядя в небо, и шагнул вперед. Они вдруг оказались в каком-то странном месте - Ли-фанна так и не поняла, не привиделось ли ей... какая-то дорога, идущая вперед... но продолжалось это лишь мгновение. Затем последовала неяркая вспышка света, и...
...И они снова очутились в совершенно другом, тоже незнакомом Ли-фанне месте. Единственное, что она поняла: вокруг были горы...
Еще ей показалось, что она видела Эвана, но в этом она до конца уверена не была, потому что снова потеряла сознание...
Северные горы.
Мифъола, чье тело Рональд как-то сумел вынести из Гройвуда, похоронили недалеко от стен крепости. Над горами занимался уже рассвет, но идти дальше никто не решался. Смерть Мифъола выбила их всех из колеи.
Ли-фанна больше не плакала - слез не осталось. Она просто стояла, опустив голову, и молчала. Не хотелось ни с кем ни говорить, ни даже никого видеть.
Когда солнце уже почти проснулось, около их стоянки неожиданно нарисовался Чес-фи-Ом. Он недолго переговорил о чем-то с Рональдом, а потом подошел к Ли-фанне.
- Мне жаль вашего друга, - сказал он.
- Зачем вы нам помогаете? - спросила она, никак не реагируя на его реплику.
- Когда-то твоя мать спасла мне жизнь, - ответил легионер после короткого раздумья. - Помочь вам - мой долг.
После этого он ушел, не сказав больше ни слова.
В любое другое время Ли-фанна задалась бы вопросом: как ее мама, совершенно обычный человек, могла спасти жизнь этому легионеру? Но сейчас ей было не до того. Она и вопрос-то свой задала только чтобы не думать лишний раз о Мифъоле...
***
Они двинулись дальше, когда день давно уже вступил в свои права. Чес-фи-Ом, как выяснилось, объяснил Рональду их дальнейший путь, так что заблудиться в горах им не грозило.
Ли-фанна шла последней. С утра она так и не сказала никому ни слова. Впрочем, на этом пути разговоров было не очень много.
