Однако я не успел. Всё, что смог сделать - отпустить новую партию живого товара. Я вбегал в каждую камеру, в которой в грязи сидели люди самых разных национальностей и возрастов. Преимущественно это были женщины, которые лишь увидев меня тут же забивались в угол, однако понимая, что теперь свободны, выбегали прочь. Бежали по пустыне, пока я стоял на одной из крыш. Следил за тем, как жизнь, обесцененная до куска мяса, еле перебирала ногами, но бежала, чтобы спастись.
Однако я так и не узнал того, зачем пришел сюда.
"Ты справишься..." - рядом прозвучал теплый шепот, а я только хохотнул, спрыгивая с крыши вниз, чтобы убраться отсюда подальше.
Как только Дже Мин узнает, что я прикончил одного из его братьев, он поймет, что за ним идут. Но тогда я и не думал, что встречу на своём пути настоящего человека, коих в моей жизни было не так много. И путь на самый желанный материк планеты, я выбрал наиболее изощрённый. Пока мой хозяин ждал голову старика Клетки, я шёл за другой.
Именно она - страшная гниющая пасть снилась мне постоянно. Снилась не просто в кошмарах, а во снах, наполненных агонией. Слово "ночь" стало для меня синонимом слова "ад". Кишащая тварями огненная Геенна, в центре которой стояла Она. По белому платью стекала кровь, а посиневшие гнилые губы шептали: "помоги... спаси... мне больно Тангир... я умираю... останови это..."
Корабль качнуло и я резко открыл глаза, тут же схватив нож, который постоянно лежал под моей подушкой. Я никогда не выпускал оружия из рук. Однако в этот раз на меня смотрела не смерть, а девушка. Алиша огромными глазами, похожими на блюдца, с дрожью вцепилась взглядом прямо в нож и дышала через раз.
- Зачем встала надо мной? - прохрипел и отряхнулся, потому что пот заливал даже глаза, стекая по волосам.
- Ты весь дрожал, как в горячке. Я подумала что тебе плохо, - она повела рукой, которую я схватил неосознанно, а потом упала прямо на меня, когда это корыто качнуло ещё раз.
- Ты этого хотела? - тихо спросил, когда понял зачем девушка вообще подошла к лежанке из одеял, на которой я спал уже вторую неделю, пока мы добирались до Гонконга.
По другому перевести её к американскому консульству без документов я не мог. Только через Китай и с помощью корыта, которым мы сплавлялись от Макао.
- Ннет, - Алиша ответила почти заикаясь, а я лишь холодно прошёлся по её лицу и отрезал жёстким голосом:
- Зачем врешь?
- Я не вру! - она посмотрела на меня и сжала челюсть, только сильнее вцепившись рукой в мою грудь.
- Тогда спать иди! Этой ночью я наконец посажу тебя на паром до Гонконга, и избавлюсь. Там тебя встретят твои люди, агашши.
Я попытался отпихнуть девушку и подняться, чтобы выйти на балкон каюты, на она только повела ладонью вдоль моего тела и вообще села верхом.
- Зачем тогда врала, - упёрся обеими руками в одеяла за спиной, осматривая эту невероятно занимательную картину, - Это плохая идея, Алиша.
- Забери меня себе... - её руки стали ползти вверх по плечам, а голос обратился в глубокий, тягучий, похожий на урчание кошки.
- А ты вещь? - приподнял бровь, хрипло прошептав это у самих губ Алиши, которая успела оседлать меня полностью и потянуться к лицу своим.
- Была... Но хочу теперь понять, как это быть женщиной.
- Ты нашла самую худшую из кандидатур для подобного самоутверждения, Алиша, - хитро расплылся в улыбке, осматривая пухлые губы, нежную кожу, а потом заглядывая в серые, как ночное море глаза.
Алиша дышала прямо напротив меня. Точно в мои губы и обволакивала дыханием лицо, чем пробуждала голод. Животную потребность получить то, что мне предлагают, прямо сейчас.
В глазах девушки стояла боль, которая и вынудила схватить её и подмять под себя одним рывком. Алиша ахнула и схватилась за мои плечи только крепче, сама подаваясь навстречу всем телом и с тяжёлым выдохом прогнулась, когда я без предупреждения и резко всадил член во влажное от желания тело.
Голод разгорался, а я двигался только глубже, насыщаясь её дрожью, пожирая каждый стон губами. Слизывал с нежной кожи влагу, чувствуя власть над хрупким телом, которое плавилось подо мной и дышало будто каждой порой. Жестко, сильно и с жаром я выбивал из её горла стон за стоном, а голод только рос. Настолько что я понимал - он внутри, и то, что я делаю сейчас ничем не восполнит его.
Ни тем, как красиво двигается пышная грудь, рывками вверх из-за сильных толчков. Ни тем, как сладко пахнет кожа этой девушки, когда продолжая трахать её, я обвожу губами розовый и мягкий сосок. Как и не тем, какие мягкие и горячие её губы, которые набрасываются на мои, точно как дикие. Деревянный пол скрипит под нами, а она цепляется за одеяла руками и выгибается подо мной, смотрит в глаза и закусывает губы, хнычет и просит не останавливаться мой голод, хотя и сама голодна не меньше.
- Что этот дегенерат с тобой делал? - выдыхаю кончая, а она дрожит в моих руках так, словно впервые видит мужика, но от моего вопроса замирает, только сильнее выдыхая рывками.
