— Сеть ещё не восстановлена. Нам пришлось обесточить питание некоторых систем. Мы думаем над решением вопроса.
— Ох, Леви… болван, почему до сих пор не использовали эфирную или тайную сеть?
— Дорого…
— Выполняй, — махнул он рукой. — Когда будет готово, запроси из ближайшего сердца информацию про эхо-оружие. Озадачь техотдел. Вперёд!
Уходящий из зала молодой отец, только что получивший взыскание в личное дело, тихо шепнул на выходе:
— Если это просто фанфик, тебе конец.
Никифор хотел было инициировать ещё одно взыскание, даже два — второй за недооценку слуха старшего. Но задумался, что тот и так получил достаточно, а для ученика это будет плохой урок.
— Праед Никифор, — прервал его мысли отец Гордеон. — С вашего позволения, если это машины, да ещё и ржавые, я бы отправил чернь с сопровождением на свалку. Это единственное место, где могли спрятаться подобные машины. Воздушное пространство мы контролируем полностью.
— Действуй, Гордеон. Дариус, а ты отправь дроны, пусть посветят вокруг и пройдутся над днищем.
— Принято, старший, — низко поклонился длинноволосый мужчина в красном плаще элитного гвардейца. А за ним и другой, в визоре.
Дед тяжело вздохнул. Сейчас все местные гвардейцы думают о том, как им повезло, что он, старый Никифор, занялся этим делом.
В конце концов, он не раз бывал на вторжениях. Он даже однажды бился плечом к плечу с Первым, пусть и давно. Тогда на последнее пристанище Человечества напали высшие ланцеты. Королевский вид червей внедрялся в чужое сознание и полностью менял тело под себя, сохраняя навыки и воспоминания жертвы.
Мало кто знает, как близко последний осколок мира людей был в тот раз от порабощения ланцетами… Если бы не великий Леви, все были бы уже давно мертвы.
Никифор сложил пальцы в символ птицы и осенил себя Его Крыльями.
А сколько раз он спасал мир так, как тогда?
Чернь не понимает… у него просто нет времени заниматься наместниками и их произволом. Все должны сплотиться. Леви каждый день рискует жизнью ради них.
Старик медленно подошёл к краю помещения. Угадывая его желания, нейросеть открыла его впустив нефильтрованный грязный воздух с токсичной пылью.
— Я не подведу тебя, наш Защитник!
Никифор поднял руки в сторону пустошей между домами, и из рукавов его красной мантии вылетели десятки маленьких механических птиц.
Будто рой, они синхронно разлетелись в разные стороны, каждая сама выбирая свой путь. Часть полетели вверх, часть к другим зданиям, часть — облетят вокруг дома и пролетят внутри. Спускаясь по централи, мимо стержня и разлетаясь по десяткам вентиляционных каналов.
— Мама, а правда что на нас напали иномирцы?
— Правда… — с тяжёлым вздохом сказала женщина. Ещё молодая, но выглядящая лет на пятнадцать старше из-за условий жизни в нижнем городе.
— Так это же хорошо! — возразила ей шестилетняя дочь и пояснила. — Мы увидим нашего Леви!
Птица полетела дальше, проносясь над рынком и ловко уклоняясь от сгустка чёрной слизи, капающей с потолка. Пролетела над головами людей, собирая шёпот тысячи голосов, что с робкой надеждой повторяли:
— Леви. Леви! Леви…
Пролетела между наркоманов, вкладывающих синтетический яд, чтобы хоть ненадолго почувствовать себя людьми, над просящими милостыню детьми со следами побоев и болезней, вылетела на длинную улицу города, едва не задев шатающуюся пьяную полуголую женщину сомнительной внешности, и влетела в технический тоннель под потолком.
Оттуда — к мутантам и отщепенцам, жившим у мусора на самой окраине. Нормальные люди долго в таких условиях жить не могут, с полным набором болезней, включая лучевую.
Крохотная металлическая птица пронеслась мимо двуглавой женщины и низкого полухоббита, закрывающего лицо. Те с восклицанием отстранились друг от друга и посмотрели вслед механическому символу мира.
А перед глазами прадеда Никифора возникла зловонная чернота моря отходов. Наследие предыдущих поколений последнего оплота Человечества.
Прожекторы в глазах птицы зажглись, луч осветил через толстый слой никогда не оседающей пыли фигурку крохотного дрона, спешившего куда-то по морю мусора в полной темноте стелющихся облаков.
Картинка перед глазами прадеда уменьшилась и встала в ряд с сорока такими же, показывающими найденные чужеродные боты, распространившийся по локации лишайник, заросли грибов и видимые лишь в ультразрении заросли незримой плесени.
Никифор никогда бы не стал прадедом, если бы не мог сам выполнить то, что поручил младшим. Но они должны продолжать учиться. Ради Леви и Человечества…
Дерево с зеркальными свойствами действительно существовало. Мы его выторговали у семнадцатых — лутом растительной твари, обнаруженной на восемнадцатом этаже.
Растение было частью декорации локации, которую охраняли магические твари. Из-за такого вот леса место было смертельно опасное — любая магия рано или поздно обратится против тебя же.
Это избавило от необходимости продумывать искусственно систему «озеркаливания» лифта.
