Таким образом, исходя из большого класса употреблений слова право, мы увидели, что сочетание права человека интуитивно понятно: это то, в чем человека нельзя ограничивать, что человеку «можно», чего он заслуживает, что может быть оправдано или по крайней мере прощено – просто на том основании, что он человек.

Собственно, именно это обычно и имеется в виду, когда о правах человека говорится в философских и социально-политических контекстах:

В проекте комиссии упоминается несколькими словами о культурнонациональной автономии, и тут же рядом с ним трактуется дальше о правах человека на свой родной язык, на свободный труд, на доступ к общественным должностям. [Совещание членов Учредительного Собрания (1921)]

На белой стороне честность, верность России, порядок и уважение к закону, на красной – измена, буйство, обман и пренебрежение к элементарным правам человека. [Б. В. Савинков (В. Ропшин). Почему я признал Советскую власть? (1924)]

Люди родятся и живут свободными и равноправными. Социальные различия ассоциации – сохранение естественных, неотъемлемых прав человека. Права эти: свобода, собственность, безопасность и сопротивление гнету. Все это является лишь подтверждением масонского девиза: «Свобода, равенство и братство». [Василий Иванов. Тайны масонства (1934)]

Кроме того, в главе «Цели» теперь сделано указание о поощрении уважения прав человека и основных свобод для всех, без различия расы, языка, религии и пола. [Заявление товарища В.М. Молотова на пресс-конференции в Сан-Франциско (1945) // «Известия», 1945.05.09]

Как видно из приведенных примеров, речь здесь в основном идет о неотчуждаемых, неотъемлемых правах человека, и в этом случае функция государства видится в том, чтобы их не нарушать и не допускать их нарушения (ср. уважать права человека, пренебрежение к правам человека).

Можно вспомнить начальные слова американской Декларации независимости, где «самоочевидной истиной» (self-evident truth) признается, что к неотъемлемым правам (inalienable Rights) человека относятся свобода и стремление к счастью (Liberty and the pursuit of Happiness). Сходная мысль содержится в очень важном для русской культуры тексте о правах – пушкинском «Из Пиндемонти»:

Не дорого ценю я громкие права,От коих не одна кружится голова.Я не ропщу о том, что отказали богиМне в сладкой участи оспоривать налогиИли мешать царям друг с другом воевать;И мало горя мне, свободно ли печатьМорочит олухов, иль чуткая цензураВ журнальных замыслах стесняет балагура.Всё это, видите ль, слова, слова, слова.Иные, лучшие мне дороги права;Иная, лучшая потребна мне свобода:Зависеть от царя, зависеть от народа —Не всё ли нам равно? Бог с ними.НикомуОтчета не давать, себе лишь самомуСлужить и угождать; для власти, для ливреиНе гнуть ни совести, ни помыслов, ни шеи;По прихоти своей скитаться здесь и там,Дивясь божественным природы красотам,И пред созданьями искусств и вдохновеньяТрепеща радостно в восторгах умиленья.– Вот счастье! вот права…(1836)
Перейти на страницу:

Похожие книги