Либерастия полностью

Книга Э. Фуллера Торри на английском языке выходила несколько раз в 80-е годы, к концу десятилетия у специалистов не могло быть уже никаких сомнений по поводу сокрушительных успехов "деинституализации" - но невзирая ни на что, аналогичные преобразования проводятся у нас в общем пакете либеральных реформ. Как коллективизация в Эфиопии. И мы услышали от отечественных психиатров и участковых милиционеров идейно выдержанные формулировки: "Забрать не можем, он пока никого не убил. Вот когда убьет - тогда сразу же обращайтесь."

А Милош Форман теперь снимает другое кино, тоже правозащитное. Новый его герой - крупнейший деятель международного порнобизнеса Ларри Флинт, законченный негодяй по любым критериям, в том числе и тем, которым следовал молодой радикал Форман. Неограниченную свободу миллионера Флинта самовыражаться, как ему вздумается, нужно защитить от тех простых американцев, которым не по вкусу "фекальные материалы" в эфире и в газетном киоске.

В следующих главах , посвященных наркомании, половым извращениям и другим подаркам из того же пакета, у нас еще будет возможность проследить, в каких конкретных формах проявляется это замечательное расстройство влечений- я бы назвал его "какофилией", от греческого "плохой".

Но прежде мы должны ответить на важный вопрос, который, наверное, уже задают себе (и автору) многие читатели. Может быть, все, о чем говорилось выше, объясняется простым человеческим чувством - добротой? Глюксман и Ко подписывают свои воззвания, потому что увидели по телевизору разрушенный Грозный и сильно пожалели тамошних жителей. И англичане по той же причине откармливали матерых убийц на 90 000 фунтов в год - чтобы преодолеть их ненависть добротой. Может быть, в этом нет истины - но есть искренность. А как сказал Булат Окуджава, "были б помыслы чисты, а остальное все приложится..."

Когда Христа уводили на смерть, он запретил апостолу обнажать меч и защищать мечом своего учителя. И того же Христа постоянно осуждали фарисеи именно за то, что он общается с отбросами тогдашнего общества - с мытарями и блудницами. Может быть, Приставкин, Вержес и Каракс берут пример с Христа?

Этот, вроде бы, простенький "житейский" вопрос - из разговора за столом, а не в большой академической аудитории - требует куда более внимательного рассмотрения, нежели вся та псевдонаучная трескотня, которой либералы официально мотивируют свои "реформы".

Для начала нужно признать, что так называемая западная культура подошла - или, точнее, подходила в историческом промежутке от Вьетнамской войны до Югославской - ближе всего к осуществлению христианского идеала человеческого общежития. Такой вывод мы должны сделать на основании прямого указания, содержащегося в Евангелии: "истинно говорю вам: так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне"[25] Можно сколько угодно объяснять "сытостью" европейского или американского "обывателя" (даже "сытостью за чужой счет") его готовность помогать то тюленям с Алеутских островов, то больным детям, голодающим в российских детдомах среди высочайшей "духовности", в которой мы, конечно же, Америку неизмеримо превосходим. Выше уже говорилось (гл. 2) о "человеческом лице" капитализма. Цивилизация, победившая в Холодной войне, оказалась добрее на уровне повседневных человеческих отношений: добрее к пенсионерам, детям, больным и к тем же заключенным. Именно бытовым человеколюбием она отличалась в лучшую сторону как от "реального социализма", так и от европейского средневековья. (Человеку церковному трудно признать этот факт, поскольку тогда придется соглашаться с идеей прогресса, в том числе и нравственного, который не соотносится прямо с хождением или не- хождением в храм).

Но эта книга как раз и посвящена печальной истории о том, как и почему разумное и доброе, не успев стать вечным, перерождается в свою полную противоположность.

Другая сторона проблемы: то, что в плюралистичном обществе никто не обязан соглашаться и с Христом. Хрестоматийным "кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую" можно обосновать санаторный режим для террористов, но та же ссылка на Евангелие может стать аргументом в пользу того мнения, что каждая из мировых религий имеет свои сильные и слабые стороны, а непротивление злу, характерное для христианства и буддизма, как раз весьма уязвимо для критики.

Разумеется, здесь не место для теологических дискуссий. Ограничимся тем, что непосредственно касается темы.

Независимо от того, согласны мы с основателем христианства или нет, он отдал жизнь за свои убеждения. Он не был лицемером. А современный либерализм насквозь пронизан лицемерием как заплесневелая горбушка - мицелием плесневого грибка.