Один из облаченных в плащ, явно чувствуя наше приближение, быстро и сноровисто перерезал ножом горло жертвы. Его спутник, тоже не лыком шитый, направил в сторону Сильвии левую руку. Сначала, при виде вылетающей из его ладони серебристой стрелки, я было перепугался за вампирессу, подумав, что у вражины аналог моей стреляющей перчатки. Глупость, но по душе словно дикобразом прошлись, до того вдруг охватило беспокойство за девушку. Но уже спустя мгновение я смог различить крошечный арбалет – оружие редкое, но эффективное при необходимости неожиданного выстрела. Перезаряжать его противник не стал, отбросив его под ноги и обнажив меч, который скрывался под плащом. Сильвия увернулась от летящего в нее короткого арбалетного болта с грациозным изяществом. Мало того, она еще успела перехватить болт и метнуть его обратно. Понты, но эффектные! Снаряд вошел чуть повыше правой кисти стрелка, заставив того выругаться и перехватить меч левой рукой.
Пустое! Сильвия его в любом случае на лоскуты порежет, не особенно напрягаясь. А вот тот, любитель перерезанных глоток, уже переключил внимание на второго, готовясь и следующую жертву на свой счет записать. А вот не выйдет, не для того мы сюда торопились, чтоб с пустыми руками уйти!
Из глазниц черепа-навершия ударили два дематериализующих луча, в то время как вокруг жертвы, повинуясь действию второго заклятья, образовался антрацитового цвета кокон, от которого не то что нож, камень отскочит. Это да, все верно, но вот и от «маски» лучи отскочили, уничтожив лишь полкубометра совершенно неповинной кладбищенской земли. Маг! Не слишком сильный, но амулетами обвешанный, как новогодняя елка.
Мигом оценив ситуацию и понимая, что прикончить жертву ему не дадут, он бросился бежать, попутно огрызаясь то шквалом ледяных игл, то вихрями, попав в которые можно было раскинуть ногами, руками и потрохами во все стороны света.
– А вот шиш тебе, – злорадно проговорил я, отражая направленные в нас чары и отправляя за ним костяные кисти и черепа со своего плаща. – Свидетели мне не нужны.
Пробежать человеку удалось метров восемь, прежде чем костлявые руки ухватили его за плечи, а черепа, ведомые неутихающим голодом, твердо вознамерились внести его в свой ночной рацион. Электроразряды временно помогли магу, заставив артефакты потерять ориентацию в пространстве… Что ж, пойдем другим путем, более серьезным! Хрипло выкрикнув ключевое слово, я активировал «кокон Бэйна». Эта сотканная из тлена и гнилой крови структура возникала вокруг цели и сдавливала ее до состояния, угодного создателю заклятья. Я было намеревался придавить «маску» до полусмерти, но…
Яркая вспышка, кокон словно взорвался изнутри, увеличившись вчетверо против первоначального, а потом сжался, сложился в ничтожно малую точку, а потом и вовсе исчез.
– Что… это… было?
– Болван попытался прорвать мои чары концентрированным потоком света, скорее всего из амулета, – помотав головой, ответил я, пытаясь отойти от легкой ошалелости. – Самоубийца, однако. А твой объект где?
– А во-он валяется…
Действительно! Одна нога здесь, другая рука там! Сильвия применила «кровавый пузырь», в результате которого бедолагу разорвало изнутри высоким давлением, словно глубоководную рыбу, поднявшуюся к поверхности. Кроваво, наглядно, эффектно, вот только благодарных или устрашенных зрителей видно не было. Получается это у нее легко, собственный стиль кровавой эстетики. Что ж, каждый по-своему развлекается.
Ну и выходит, что трупы толком и не осмотреть. Мой полностью самоликвидировался, от доставшегося Сильвии – одни ошметки. Впрочем, даже эти ошметки могут многое сказать при внимательном взгляде. Хм, имеем мы, по всей видимости, благородного человека. Это видно и по богатой одежде, и по золотым перстням с драгоценными камнями. А зарезанный? Та же картина, только гораздо более эстетически пристойная, без крови, кишок и прочего ливера вперемешку с костями и одеждой. И графская цепь на шее. М-да, толщина ее под стать тем, на которых собачек держат или которые братки из моего родного мира себе на шею водружают.
Удовлетворившись осмотром трупов, я вернулся к живому. Несостоявшаяся жертва оказалась молодым парнем лет двадцати семи, рослым, достаточно привлекательным, чтобы нравиться женщинам. На шее опять-таки болталась толстая золотая цепь, но отличавшаяся чем-то от первой увиденной.
– Сильвия, ты же у нас девушка с богатым опытом?
– Ну… в какой-то мере, – неуверенно ответила она. – Смотря что требуется.
– Почему у этого добра молодца цепь чем-то неуловимым, но отличается?
– Тут все понятно, – бросив быстрый, но пристальный взгляд на ювелирку, ответила вампиресса. – Обе цепи дорогие, принадлежат графскому роду. Но на мертвеце она подтверждает личность властелина этого феода, а на молодом – статус законного наследника.
