— Ну, так что, будешь брать? — прогудел Евгений, глядя на меня с высоты своего роста.
— Конечно, за такую красоту и сферу статуса отдать не жалко, — сообщил я, разглядывая баклер, сделанный для меня.
За то время пока меня не было в Крепости, кузнец успел не только сделать щит и подбой к внутренней стороне, но и на полированной поверхности, вокруг небольшого умбона, создал затейливую гравировку на тему греческой мифологии. Где Зевс, сидя на вершине горы, держал в руке молнию, а за его спиной всходило солнце, обрамляя умбон. Вышло многозначительно.
— Красота, — любуясь изделием, воскликнул я.
— Ты не любуйся, — усмехнулся Евгений, — ты его примерь.
Последовав совету, продел руку в локтевой ремень и ухватившись за рукоять с восхищением поцокал языком. Баклер сидел на руке как влитой, совершенно не хлябая, являлся продолжением руки.
— Уважил, дружище, уважил, — произнёс я, пуская солнечные зайчики от тусклого осеннего солнца, что заглянуло в окно мастерской. — На вот, держи, — протянул я ему синий шарик с надписью в воздухе «Сфера статуса».
Быстро спрятав оплату в карман фартука, он спросил:
— Ещё что заказывать будешь?
— Да нет, пожалуй, мне ещё и это осваивать. Спасибо тебе огромное, — ответил я, протягивая руку для рукопожатия, — пойду я, а то вон начальство вызывает.
— Ага, давай, удачи, — хлопнул он меня по плечу, — если ещё такие вкусняшки будут, то заходи, не стесняйся.
Оказавшись за дверью, ещё раз осмотрел своё приобретение, жаль щетина больше не растёт, а то щит можно было использовать как зеркало, настолько идеально была отполирована поверхность. Так, а теперь в полный рост встала проблема — как носить щит. Постоянно на руке его не потаскаешь, мест крепления на теле не предусмотрено. М-да, проблемка.
Ладно, пока поношу на руке, как бы глупо это не выглядело. Остановившись перед зеркалом, оглядел себя, ну что можно сказать, меч на боку и щит в руке придавали мне совершенно брутальный вид. Эх, где мои семнадцать лет, сейчас бы все бабы были моими.
«Дед, где тебя носит, полковник тут уже рвёт и мечет, что тебя нет. Он Лису уже хвост накрутил на эту тему».
«Да иду я, иду», — раздраженно кинул я в ответ злобный взгляд.
Вот спрашивается, что потребовалось главарям банды ментов от меня? Не будут же они у меня отжимать мою долю добычи. Сплошные непонятки. Что ж, будем разбираться с поступающими проблемами.
Спустившись на первый этаж, уточнил у дежурного как попасть к полковнику Сидорову. Выслушав подробные инструкции, отправился бродить по этажам, в поисках кабинета полковника. Определённо, тот, кто проектировал это здание тюрьмы, хотел только запутать всех кто сюда входил. Мне потребовалось с десяток минут матерков и расспросов, для того, что бы найти нужный кабинет. Оказался он на самом верхнем этаже, что и не мудрено — чем выше начальство, тем выше сидит.
Кабинет одного из начальников бывшей тюрьмы имел классическую компоновку. Люди постарше должны помнить, когда входишь в приёмную и утыкаешься в секретаршу, а справа и слева от неё расположены двери с тамбурами, что вели в кабинеты высокого начальства и их замов.
— Мне назначено, — сообщил я женщине в довольно почтенном возрасте, печатающей что-то, двумя пальцами, на старенькой пишущей машинке.
— Фамилия? — не отрываясь от работы, спросила она.
— Э-э-э, — я даже растерялся от неожиданности, — а фамилии нынче актуальны?
Подняв голову, она, близоруко щурясь, окинула меня взглядом и заявила:
— Молодой человек, несмотря на возникший вокруг нас бардак, мы должны соблюдать порядок во всём, что бы мир, не погрузился в окончательный хаос.
Я даже крякнул от удивления. Ну, никак я не ожидал такой сентенции от старой перечницы, практически моей ровесницы. Да ещё в такой ситуации. Покрутив в удивлении головой, сообщил:
— Переверзин, моя фамилия.
— Вам туда, — указала она на дверь слева от меня, сверившись со списком у себя на столе.
— Ага, спасибо, — ответил я, открывая указанную дверь, на которой висела бронзовая табличка с надписью: «Полковник Сидоров Б. А.».
— Можно? — спросил, я, заглядывая в кабинет и для приличия обозначив стук в дверь.
У окна, опершись на подоконник, стоял человек в форме полковника министерства внутренних дел, знакомый мне по встрече возле ворот. Услышав мой вопрос, он неторопливо обернулся, окинув меня взглядом с ног до головы, особо уделив внимание левой руке, на которой висел баклер.
— Переверзин? — утвердительно спросил он.
— Ага, вызывали?
— Проходи, садись, — указал он на стул, стоящий у Т-образного стола.
Усевшись, я оглядел кабинет. Ну что можно сказать, классический кабинет начальника конца девяностых. Уже упомянутый Т-образный стол, шкаф с папками, шторы на окнах, и напольные маятниковые часы. Единственное что выбивалось из образа — это кресло. Роскошное, современное кресло большого офисного босса.
— Чай, кофе? — прервал моё созерцание Сидоров.
— Нет, спасибо, хотелось бы поскорее решить вопрос моего вызова на ковёр.
