Однако, оглушительный выстрел потряс его барабанные перепонки и хватка ослабилась, что дало Блейку сориентироваться и вырубить мужчину. Когда же он увидел Пэм трясущуюся всем телом, с ужасом глядящую на него, брюнет ощутил такой прилив радости, что был уверен расплылся в глупой улыбке, ведь губы его не слушались, а все тело болело.
Тогда-то он и понял на грани потери сознания, что эта девчонка ему нравилась, да так сильно, что он готов был пули собирать собственной грудью, лишь бы с ней ничего не случилось.
И вот Блейк лежал на кровати, пока Пэм сидела рядом с ним, смущенно отведя взгляд, и его сознание вдруг поразила одна важная мысль. «Она ведь убила человека ради меня?»
— С тобой все в порядке? — даже не успев подумать, выпалил Блейк.
Девушка обратила на него взгляд своих взволнованным зелёных глаз и робко кивнула:
— Да.
Однако, по мнению Блейка ее ответ не звучал уверенно, и спустя несколько секунд Пэм, видимо, тоже поняла, что ее ответ не был правдивым. Между девичьих бровей появилась морщинка, а глаза опустились уже не от смущения.
— Пэм, — серьезно произнёс Блейк, — если хочешь, мы можем поговорить обо всем, что произошло сегодня.
Девушка слегка сгорбилась, молча разглядывая свои руки, а потом тяжело вздохнула.
— Тебе надо поспать, — только сказала она, а Блейк понял — она ещё не была готова для разговора. «Наверняка для неё все это похоже на приснившийся комшмар».
Блейк знал это опустошающее чувство, а потому не собирался наседать на Пэм с расспросами, да и спать действительно хотелось. Препарат начал действовать, убирая ломящую боль, но заставляя веки тяжелеть.
— Тебе тоже, — выдохнул брюнет, явственно видя ее измученное выражение лица.
Пэм помогла Блейку вытащить подушку из-под головы, а потом подошла к шторам и задёрнула их, погружая комнату в полумрак.
— Я пойду тогда, спи, — прошептала девушка, медленно шагая к двери. — Зови, если что-то понадобится.
Ушла секунда, чтобы осознать, что она будет спать на диване в одиночестве после такого стресса. Ещё секунда на то, чтобы понять, что ему это не нравится. И ещё пара мгновений, чтобы препарат сильнее подействовал и стер веские доводы разума, чтобы потом, это можно было скинуть на лекарства.
— Пэм, — произнёс Блейк, замечая, как ее темный силуэт замер на пороге комнаты, — останься.
— Что?
— Ложись со мной, — пробормотал он, чуствуя,как сознание медленно, но верно затуманивалось, — кровать большая, а диван жутко не удобный, по себе знаю.
Пэм обернулась, и Блейк почти физически почувствовал ее сомнения.
— Точно?
— Да.
Прошла секунда в ожидании, за которую Блейк успел уже пожалеть о своих словах и одновременно убедить себя в том, что это лучше, чем заставлять спать ее там — а потом Пэм шагнула в сторону кровати.
Неожиданное волнение вспыхнуло в груди, и Блейк заерзал от нетерпения на постели. Один мягкий шаг по ламинату, другой, и вот кровать уже промялась под ее весом, а одеяло зашевелилось. Пэм аккуратно легла рядом, и Блейк наконец смог закрыть глаза, понимая, что впервые собирался просто спать в кровати с девушкой, не являющейся ему родственницей. Небывалое, удивительно расслабляющее спокойствие завладело телом и сознанием.
Он сам не заметил как, нашёл ее ладонь под одеялом — такую маленькую и мягкую — и сжал ее, как бы говоря: «Ты не одна». Пэм сжала его ладонь в ответ, заставляя ощутить дёрнувшееся в груди сердце с новой остротой, и Блейк словно кожей почувствовал ее ответ: «Я знаю».
Когда Пэм ближе к двум часа дня вздрогнула и резко открыла глаза, ей вдруг пришло в голову, что она все ещё спит, ведь прямо перед ней находилось лицо Блейка. Однако, проморгавшись и протерев глаза, девушка все ещё видела перед собой тихо сопящего мужчину. Глубоко в сознании прогремело его тихое «останься», которое тут же все расставило на свои места.
Она и правда спала в одной кровати с Блейком, который сам и попросил ее лечь вместе с ним. Искрящаяся радость прошлась теплом по нутру, согревая и заставляя растянуть губы в широкой улыбке.
Брюнет спал на спине, повернув голову в ее сторону. Его распухшие от ран губы были очень мило приоткрыты, а лицо выглядело настолько умиротворенно и спокойно, что только многочисленные гематомы, ссадины и царапины давали понять, что сегодня была довольно бурная на события ночка. Пэм чуть приблизила своё лицо к его, пристально разглядывая мужские ресницы, смешно изогнутые на самых кончиках, небольшую едва заметную за синевой родинку над широкой бровью, и добавила в копилку своих наблюдений ещё несколько его отличительных черт.
Она вспомнила, как сегодня ночью мужская ладонь нашла ее под одеялом и крепко сжала, и пожалела, что спит не так чутко и спокойно, чтобы пролежать с его рукой в своей до самого утра.
Пэм только хотела пошарить под одеялом, надеясь отыскать его ладонь все на том же месте, как ее желудок неожиданно громко заурчал. Девушка едва не подпрыгнула на постели, опасаясь, что брюнет сейчас проснётся.
