— Подождите… может, так оно и лучше… Профессор, приступайте к работе над этой! — Я ткнула пальцем в блондинку, которая, как оказалось, не симулировала. Наложить на нее морок не составило бы труда.
— Нет! — завопила из угла рыжая. — Не смейте!
— И до вас очередь дойдет, — шикнула я на нее.
— Не дам измываться над коллегой! — Министерская дама с вазой выступила в нашу сторону, заставив попяться даже лича. Ситуация вырисовывалась патовая. Другого специалиста по иллюзиям у нас не было, а дама готовилась сражаться до конца. Ректор это понимал, поэтому не выдержал.
— Ну вот что у меня за персонал такой безголовый! — начал он. — Одни амебы, которым даже самое элементарное поручить нельзя. Ладно это чудо белобрысое, которое вечно неприятности притягивает и работает без году неделя! От нее я ждал какого-нибудь подвоха! Но вы, герра Сибилла! Вы же женщина со стажем и большим жизненным опытом!
— А что я? — Герра Сибилла уперла руки в крутые бока. — Делать-то что прикажете? Густав смотался. Что я еще могу предложить? Свою юбку для этой! — Она кивнула в сторону обморочной блондинки. — Обмотается два раза и пусть топает восвояси. А даме с вазой мы можем достать элегантную шляпку с лентами. Мне на прошлый день рождения невестка подарила. И выкинуть рука не поднимается, и не наденешь, потому что издалека непонятно: то ли шляпа, то ли торт на голове! Других вариантов нет.
— Ну, герра Рисса? — удивительно вежливо поинтересовался ректор у воинственной рыжей. — Рискнем, зажмуримся и воспользуемся услугами того специалиста, что есть в наличии, или посылаем герру Сибиллу за шляпкой и юбкой? У герры отменный вкус, это вы можете заметить по ее сегодняшнему наряду — ярко-фиолетовому сарафану и легкому оранжевому топу.
— Нет-нет… — Рыжую аж передернуло, и она отставила вазу в сторону. — Я справлюсь. Что же я, как Лиссандара, не умею в обморок в нужное время падать? — печально вздохнула она.
— Вот и замечательно! — улыбнулся ректор, который с трудом удерживал в объятиях не очень легкую блондинку.
— Ничего замечательного, — покачала головой чиновница. — В этот раз вы своим стандартным набором не отделаетесь. Извиняться придется очень долго и дорого.
— Ничего страшного, я даже знаю, у кого из зарплаты все вычту, — кровожадно заметил он и уставился на меня.
— А я-то что?
Моему возмущению не было предела.
— Нужно ли говорить, чья невезучесть нам подкидывает подарки?
Возразить было нечего, поэтому я понурила голову, промолчала и поймала на себе заинтересованный взгляд герры Сибиллы. Она-то еще ничего про проклятие не знала.
Если с обморочной блондинкой проблем не возникло — мы ее аккуратненько переложили на диванчик, лич склонился, пошептал чуть-чуть, и юбка у дамы стала как новенькая, — то вот за рыжей пришлось побегать.
Она, изначально вроде бы на все согласившаяся, неожиданно передумала и дала деру. Заметалась по кабинету, словно испуганный таракан, но, сообразив, что бежать-то, собственно, некуда, с удивительной для ее возраста и комплекции грацией заскочила на письменный стол. Уговаривали слезть втроем: я, ректор со слащавой улыбкой и герра Сибилла, потрясающая телесами и пузырьком нашатыря. Лич тоже пытался вставить свое веское слово и призвать даму к благоразумию, но на него шикнули, и он, осознав серьезность проблемы, на время отступил в тень.
Зато когда все, ко всеобщему облегчению, завершилось, блондинке все же сунули под нос тот самый нашатырь. Причем герра Сибилла кинулась к дивану с радостью, словно ради этого и работала в академии магии последние двадцать лет.
Министерские дамы сбежали, даже толком не попрощавшись. От чая и коньяка отказались, покосившись на лича, который не спешил уходить. Когда ректор закрыл за гостьями портал, герра Сибилла со вздохом уселась на диван.
— Ну вот и ладненько! — вздохнула она. — С проблемой разобрались.
— Да что вы такое говорите? — язвительно заметил Арион фон Расс, подливая себе коньяк.
— А что? — Дама всплеснула руками. — Не так, что ли? Из академии они смотались, инспектировать больше ничего не будут, жалобу не написали. А вам все не так и не этак.
— Теперь они ждут меня к себе с ответным визитом и подарками! Пить снова придется, на коленки толстые любоваться! Тьфу!
— Ну, чай, не сахарный, не растаете!
— Не растаю. — Ректор вздохнул, осушил стопку коньяка и заметил меня. — А вы почему еще здесь? — недовольно осведомился он.
— А где я должна быть?
— Платья примерять. Уже минут сорок. Бегом, а то модист заждался, наверное!
— Ой! — Я спохватилась и кинулась к выходу, а ректор крикнул в спину:
— И герань свою не забудьте. А то она мне полкабинета сожрет!
— Вот же! — Я едва сдержалась, чтобы не выругаться, и заглянула за шкаф, где стоял Васик. Картина, которую застала, поразила до глубины души. Мохнатый поганец-шушель сидел на подоконнике в обнимку с моим цветочным горшком и тихохонько попискивал. Васик обвил демоненка стеблем, мурчал по-кошачьи и шел крупными розовыми клубничками, которые, судя по всему, приводили шушеля в дикий восторг.
