- Мы с Шеймусом поделились друг с другом своими наблюдениями. Та впадина, где тебя обнаружил отец Бреснихан, не слишком опасна,- пояснил хозяин дома.- Твоя машина завязла неглубоко. Сезон весенних приливов уже закончился, и вода затопила автомобиль лишь наполовину. Шейн потом довольно легко вытащил его. Не скажу, что Кевин сильно горевал бы, скончайся ты от сердечного при ступа при виде волн, затапливающих машину вместе с тобой, но дело не в том. Он просто хотел заставить тебя испугаться и уехать.
- И молчать,- вставил Шеймус.
- Молчать?- удивился я.- Но...
- Вы услышали той ночью нечто угрожающее его благополучию. Он надеялся, что вы сбежите из страны, мистер Эйр,- рассуждал ирландец.- И он таким образом дал понять, что, передав информацию, которая, по его мнению, вам известна, вы роете себе могилу.
- Я ничего не понимаю, Шеймус!- воскликнул я.
- Это было последнее предупреждение. Если вы вовремя не уберетесь отсюда или раскроете рот по возвращении в Англию, он найдет вас и проучит. Это только раньше ИРА мстила информатору, уехавшему из страны,растолковывал О'Донован.- Кевин заставил вас почувствовать на своей шкуре его власть, чтобы вы оставили его в покое.
- Но я же ничего не слышал!- возразил я.
- А откуда ему об этом знать?
- Конканнон с тобой не согласен,- заявил Фларри.- Он завалил меня вопросами о моем братце, пытаясь выведать, что мне известно о политической деятельности Кевина. Вообще-то я не в курсе. И не выдал бы его, если бы был посвящен в его делишки. Но Конканнон - мужик умный, он не даст Кевину покоя.
- По словам Майры, ее муж заметил за собой слежку,- поведал я.
- Правда? Мне надо с ним поговорить. Что бы он ни замышлял, ему лучше не высовываться некоторое время,- проговорил старый солдат.- Ты еще что-нибудь слышал, Шеймус?
- Нет, ничего.
- Шеймус - мои глаза и уши, Доминик. Он обшарит страну вдоль и поперек при малейшем намеке на покровителей Кевина.
- Если бы я смог найти чужака, разговор с которым услышал мистер Эйр! Но о нем ни слуху ни духу! Я узнал, что он мог быть на той ярмарке, когда миссис Фларри упала с лошади, но...
- Погодите!- возбужденно воскликнул я.- Я видел какого-то типа, подававшего знак Кевину. Я еще подумал, что по виду он явный проходимец.
- А вы можете его описать?
Я попытался. Но я не слишком хорошо запомнил незнакомца, поскольку этот человек ничем не выделялся из общей массы.
- Он мог просто поставить вместо Кевина,- скептически заметил Фларри.Майра против любого пари: следит за Кевином, как орлица, не спускает ли он денежки у нее за спиной.
- Твой брат ставит только на бесспорный выигрыш,- кисло заметил ирландец.
- Только на скачках. Но он очень честолюбивый человек. Наш мэр не упустит шанса, который может возвысить его над остальными. Разве не так, Шеймус?
- Так.
Последовало продолжительное молчание. Наконец Фларри сказал:
- Гарри никогда не доверяла ему. Упокой, господи, ее душу!
"Действительно,- подумал я,- ей необязательно было доверять мужчине, чтобы забраться к нему в постель. Кому угодно, только не Гарриет! Для нее неопределенность только добавляла остроты любовному приключению. А разве мы все не могли ошибиться в мотиве покушения на меня и убийства моей подруги? А что, если за всем этим кроется ревность?"
Однако разве я мог поделиться этой версией с Фларри? Хотя он заявил, что не стал бы возражать против близости Гарриет даже с его родным братом, лишь бы это ее осчастливило, но эти слова вырвались у него в приступе отчаяния и горя. Фларри конечно же не верил в такую возможность. А теперь рядом со мной совершенно другой человек: если я поведаю ему, что Гарриет призналась мне в любовной связи с его братом, о которой догадывалась Майра, я тем самым подпишу Кевину смертный приговор.
Глава 11
На следующий день ровно в полдень мы с Фларри ожидали похорон у ворот церковного кладбища. К нам присоединилась Майра, но Кевин отсутствовал. Жена передала его извинения, которые я не принял. Начал моросить мелкий дождик, не охладивший любопытства местных жителей, которые группками стояли на дороге за оградой, молчаливые, но не агрессивные: мы прошли мимо без всяких неожиданностей. Под их оценивающими и терпеливыми взглядами я чувствовал себя диким зверем в зоопарке.
Трое полицейских в штатском слонялись у ворот. Из подъехавшей машины появился Конканнон, с деловым видом кивнул нам с Фларри и прошествовал в церковь. Говорят, что убийц тянет на похороны своих жертв. Неужели Конканнон здесь, чтобы наблюдать за моей реакцией?
Я осмотрел неухоженное кладбище. Могильные камни, стоящие рядами, словно обесцвеченные и выкрошившиеся зубы, выступали из травы. Я пытался вообразить лицо моей подруги и запечатлеть в памяти трагический финал ее жизни, смакуя свое горе, но мой мозг отказывался воссоздавать ее образ. Лишь одна чудовищная мысль не давала мне покоя: после вскрытия положили ребенка назад, в нее, или нет?
