– Ну да, – девушка кивнула. Они въезжали на площадь, и она искала, где можно припарковаться. – И второе. По нашей новой версии, преступник должен был где-то ту самую женщину увидеть. Кстати, пока получается, что ему была нужна именно седьмая жертва. Хотя… не факт. Может, и любая из семи… Пока там он узнал, что все же убил нужную… но я о другом. Он где-то должен был увидеть искомую женщину до начала убийств, и даже не обязательно за день или за два до первого случая.
– Тоже верно, – полицейскому показалось, что время побежало быстрее. Все складывалось быстро и легко, хотя и только на словах. – Сейчас будем спрашивать людей, постараемся понять, где могла состояться эта судьбоносная встреча.
– Но для начала, – раздраженно заявила девушка, – найди мне место для парковки! Тут… вообще где-то машины ставят?
На этот раз переход от дела к быту полицейского просто рассмешил.
– Сверни туда. – Он указал на небольшой проезд налево. – Нам все равно в ту сторону. Сейчас посреди квартала будет большой торговый центр. Тот самый, где есть продуктовый супермаркет, куда заходила одна из убитых женщин, и детский отдел, где была другая. Возле него есть парковка.
– Хоть что-то, – буркнула Алиса, повернув в нужном направлении. – Как же я благодарна своим родителям, что они богатые и щедрые! Лучше быть избалованной мной, чем жить… тут.
Олег только привычно ухмыльнулся.
– Я бы не хотел заново обсуждать все это, – заявил мужчина.
Хель чуть надменно приподняла брови, выражая буквально царственное недоумение. Ей этот человек не нравился, и дело было не в дешевом костюме и должности обычного клерка в нотариальной конторе. Нервные движения, суетливость, какое-то жалкое выражение лица – напрягало именно это.
– Вашу девушку убили, преступника ищут до сих пор, а вы не хотите говорить об этом? – Хель не нравилось произносить очевидные факты. Она невольно начала понимать Олега и его раздражение. – Считаете, это вас не касается?
Мужчина занервничал еще больше, в его глазах мелькнула паника.
– Меня это очень сильно коснулось, – возразил он, бесцельно перебирая бумаги на своем столе и стараясь не смотреть на посетительницу. – Я из-за смерти Нины пережил сильное потрясение и даже посещал сеансы психотерапии.
– Думаю, – не удержалась Алиса от сарказма, – родителям пришлось хуже. Тут не только к врачу, но и к гадалке ходить не стоит. А про саму Нину вообще молчу. Ей точно досталось больше, чем вам.
Она надеялась разозлить этого жалкого человека своим цинизмом. Но…
– Ей уже все равно, – защищая себя, выдал он. – Нина мертва. А я… Я думал о суициде из-за чувства вины. Та психотерапевт, Светлана Анатольевна – она сотрудничает с полицией, вы должны ее знать. Если бы не она…
Он развел руками, видимо, обозначая масштабы возможных бедствий.
Хель отметила для себя эту деталь. Интересно, а Олег знает о том, что Светлана помогала родственникам погибших? И если не знает, какова будет его реакция на эту новость?
– Почему вы винили себя? – Девушка заставила себя говорить мягче, даже немного сочувственно. – В тот вечер что-то произошло между вами и Ниной?
– В тот вечер мы даже не увиделись, – скорбно возразил мужчина. – Она позвонила мне, сказала, что уже вышла из маршрутки и идет ко мне… Но не дошла.
– И что? – Все это Хель было известно. – Вина ваша в чем? Не вижу проблемы.
– Я… – Он болезненно поморщился. – Я тогда увлекался компьютерными играми, и мне надо было пройти важный уровень… Не то чтобы я не ждал Нину. Просто… Нужны были хотя бы лишние полчаса!
Он смешно потер щеки руками, поерзал. Хель ждала.
– И когда Нина звонила, – нехотя продолжил мужчина, – я сказал, что очень, ну просто безумно хочу пирожных, и не каких-нибудь, а именно из местной пекарни. Я назвал адрес – Нина плохо знала район. Думал, пока она найдет это место, выберет пирожные… Я бы успел доиграть!
– Бесспорно, вы успели, – не испытывая ни малейшего сожаления, подтвердила Хель. – Понятно, что лечил психотерапевт, но непонятно, как Нина, усталая, после работы, согласилась на этот поход за сладким. Ведь, если у вас было назначено с ней свидание, вы сами могли купить пирожные для нее, заодно и для себя. Это было бы как-то правильнее, что ли?
– Да, да, конечно. – Казалось, мужчина сейчас расплачется. – Моя жена сейчас такая же. Она бы не пошла никуда и еще устроила мне головомойку. Но Нина… Она была другой.
Он тяжело вздохнул, кажется, немного взял себя в руки и стал походить на представителя сильного пола, а не на истеричную барышню.
– Понимаете, – стал сухо объяснять мужчина, – Нина была удобной. Милая, мягкая, всегда всем помогает… Извините, я знаю, что это звучит некрасиво. Хотя я не считал ее глупой или простой. Веселая, жизнерадостная, однозначно умная. Просто она сама любила обо всех заботиться. Иногда мне кажется, что ей это было необходимо. Такой ее воспитали: больше отдавать, чем получать. И… – Он снова болезненно поморщился. – В тот вечер отправить Нину в пекарню… Это было в каком-то плане лучше, чем если бы она после целого рабочего дня стала что-то вкусное готовить для меня сама. Понимаете?
