— Ненавижу балы, — прошептала Тияна, держа в ладони воробья и наблюдая за человеком, которого сейчас принял бы за Линка только тот, кто совсем его не знает.
У этого человека была не такая походка. Какая-то более мягкая. Да у него все движения были плавнее и как-то вывереннее. Словно он не шёл, а танцевал какой-то странный танец.
И Тияне казалось, что только из-за этого его можно сразу узнать. Она же узнала. Она именно из-за того, что он так двигался, могла запросто найти его взглядом, даже в толпе, даже издали.
И, да, когда-то ей то, что он умел так двигаться, очень нравилось. Ей вообще нравилось все, что было похоже на совершенство.
Ещё он улыбался совсем не так, как Линк. Тияна даже не могла сказать, почему не так, но не так и все. Хотя улыбки у обоих были обаятельные и веселые. Задорные такие, вызывающие ответную улыбку.
А уж взгляд…
Взгляд того человека, который шёл рядом с Тияной не был похож ни на Линка, ни на Вирка Дахасу.
Линк смотрит открыто и прямо. Иногда с наивностью щенка. Иногда с какой-то непонятной мудростью. Часто с такой уверенностью, что тот, на кого он смотрит, отводит глаза или даже отступает на шаг. Линк умеет быть убедительным, когда хочет.
Вирк Дахаса всегда смотрел с улыбкой и обезоруживающей простотой. Обаятельно так смотрел. Иногда восторженно. Иногда насмешливо. Иногда как-то так, что его хотелось обнять и погладить по голове.
А этот человек смотрел жестко и куда-то вдаль. С той уверенностью смотрел, перед которой, кажется, даже стены могут начать убираться с дороги. И на лице Линка такой взгляд выглядел жутковато.
— С этим нужно что-то делать. Любой, кто наблюдал за мной и стажёром, поймет, что что-то не так, — сказала Тияна.
Линк-Вирк улыбнулся. Грустно улыбнулся.
— Я отдохну, настроюсь и постараюсь, — сказал тихо. Громко говорить у него не получалось, голос срывался и тут были нужны тренировки. — Я всегда умел здорово притворяться. Особенно если знаю человека и знаю, что он хочет видеть.
Тияна хмыкнула.
— Мне нужно отдохнуть и привыкнуть. Сейчас я мало на что способен. И голова время от времени кружится, — признался этот тип, которого Тияна не могла назвать ни Линком, ни Вирком.
— Чудесно, — сказала она.
Понаблюдала за тем, как он закрывает проход на полигон, на котором есть все для проведения какого угодно ритуала. Нахмурилась в ответ на очередную неправильную улыбку. А потом повела его к себе домой, решив поселить на денек в гостевой комнате, рассказав всем желающим, что этот болван схлопотал от какого-то мага и сейчас не очень адекватен. Отличное же объяснение.
Хотя, наверное, следовало отправить его домой к Линку и пускай выкручивается, как хочет.
И воробья пускай забирает с собой. Потому что зачем он нужен у нее в кармане, Тияна не понимала. Он потом собирается обратно в эту несчастную птицу переселиться? Привык?
Или с тем, что он не умер, что-то сильно не так?
— Я тебе задам несколько очень важных вопросов, — мрачно пообещала Тияна, стоя на пороге комнаты и глядя на своего неожиданного гостя, сидящего прямо на полу. — Немного попозже, но задам. Так что можешь сбежать, если отвечать не хочешь.
Гость улыбнулся и пожал плечами. Задавай, мол, заслужила.
— Придурок! — обозвала Тияна, кажется и Линка, и Вирка разом. А потом развернулась и ушла, печатая шаг и держа подбородок прямо, как на параде.
И она спиной чувствовала его взгляд. Усталый и несчастный, как казалось её дару. И обернуться, если честно, она боялась. Вдруг именно на этот раз дар насчет этого типа не ошибается?
А в том, что ошибся в прошлый раз Тияна уже была уверена.
Если утро начинается с вопля, это определённо что-то должно значить. Ну, не может банальный день с вопля начинаться. Банальные дни и начинаются банально.
Тияна некоторое время лежала и слушала женский крик, который вроде бы стал приобретать какую осмысленность. Сначала это был просто вопль, стремящийся достичь такой тональности, что стекла в окнах начнут трескаться. А теперь больше похоже то ли на призывы, то ли на обвинения.
— Загадочно, — пробормотала Тияна и решила, что ей определенно надо пойти и посмотреть, что там происходит. Пока кричащую умалишенную не успокоили и не стали делать вид, что дорогой хозяйке просто показалось. Или приснилось.
— И это у них называется — беречь честь дома, — проворчала Тияна, просовывая руки в рукава халата.
Одеваться, как положено настоящей лесной деве благородного происхождения, было долго. За это время и успокоят. И дохлую мышь, которая запросто могла стать причиной воплей, уберут. И договорятся о том, что отвечать, если кто-то решит спросить о причине крика. Так что Тияна завязала пояс и решительно вышла из комнаты.
