Страх Господень – авва воздержания,Воздержанье дарит исцеление.Лучшая поэзия – молчание,Лучшее молчание – моление.Лучшая молитва – покаяние,Покаянье тщетно без прощения.Лучшее пред Богом предстояние —В глубине высокого смирения.Я забудусь в таинстве молчанияПред иконой чудной Умиление.Да очистят слезы покаянияВысшую поэзию – моление.Иеромонах Роман (Матюшин)Душа – наш компас в этом мире. Именно через душу мы слышим свое сердце. Господь не только подает нам определенные знаки, но и разговаривает с нашими душами. Мы в силу своей черствости редко слышим голос своей души, своего сердца, своей совести.
В определенный момент в жизни Жанны наступил настоящий тупик. Это была кричащая духовная безысходность, выбраться из которой, казалось, не было сил. Сейчас, зная о детском крещении певицы, мы понимаем, что Господь всегда простирал над ней свои крыла, не оставил бы и в момент отчаяния, но на тот момент Жанна не ведала ни о своем детском крещении, ни о православной вере. Нужен был какой-то мощный духовный толчок, который помог бы вырваться из этого тупика, обрести правильный путь. И этим толчком стало крещение в 1988 году в Туле во Всехсвятском Кафедральном соборе.
«Я искала Господа, но брела не туда. Господь указывал мне правильный путь, но я бы не увидела его, если бы не покрестилась второй раз, осознанно. Я бы просто не прозрела. Темные силы тогда жутко за меня взялись, была страшная ломка и борьба за мою душу.
У меня дома над дверью висела икона Спасителя. Она два раза упала, ее прямо срывало. Вот тут я все поняла. Я подошла к иконе и сказала: „Господи, я забрела не туда, прости меня. Я делаю что-то не то. Я погибаю, спаси меня. Я хочу к Тебе!“ Справедливо говорят, что надо сделать первый шаг к Христу. Знаете, есть икона „Се стою у двери и стучу“, где изображена дверь без ручки. По одну сторону стоит Христос, там ручки нет, а по другую сторону находится человек, с его стороны ручка есть. Христос не может войти к нам без нашего согласия. Бог, создавший мир, любящий, оплеванный, распятый, стоит и ждет – это вселенский такт. А бесы лезут внаглую. У сердечных дверей нет внешней ручки, есть только внутренняя, а потому мы сами должны открыть эту дверь, чтобы в нас вошел Бог. Выход наружу из-за закрытых дверей возможен только как внутренний волевой акт, как ответ на Божий призыв.
Когда я подошла к иконе Спасителя, той самой, что выменяла на сапоги, то впервые за многие годы расплакалась. Я раньше почти не плакала, считала себя сильным, волевым человеком. Как же такой человек будет плакать? Я была убеждена: у меня холодное сердце. Другие плачут, а я нет. Раньше я плакала только в детстве.
А сейчас как я рыдала! Я разговаривала с иконой, как с живой. Мне больше не с кем было поговорить. Как утопающий хватается за соломинку, так и я ухватилась за икону Спасителя… И была спасена! Как в одной из песен архидиакона Романа, которую я спела:
