Последний поход
Стоял февраль 1799 года. По озеру, теперь покрытому льдом, свободно, с радостными криками бегали ребятишки. Александр Васильевич склонился над книгой в своем кабинете. «Молод еще эрцгерцог Иосиф, – думал полководец, – негоже ему русско-австрийской армией командовать. Ужели не найдется кого богаче опытом в государстве русском?» Стук копыт за окном. В кабинет вбегает Прасковья. «Барин! Батюшка! К вам этот… флигельадъю… тьфу ты! Курьер царский. Толбухин. С письмом от самого…» – «Вели принять! Да самовар поставь!»
Флигель-адъютант Толбухин оглядел скромное убранство кабинета графа Рымникского и с почтением посмотрел на одетого по-домашнему фельдмаршала. Простая рубашка, на одной ноге сапог, на другой, больной, – туфля. Единственным свидетелем заслуг непобедимого полководца был орден Анны на шее.
Суворов жадно впился глазами в царское письмо: «Граф Александр Васильевич! Теперь нам не время рассчитываться. Виноватого Бог простит. Римский император требует вас в начальники своей армии и вручает вам судьбу Австрии и Италии. Мое дело на сие согласиться, а ваше спасти их. Поспешите приездом сюда и не отнимайте у славы вашей времени, а у меня удовольствия вас видеть».
«Что прикажете доложить императору, граф?» – Толбухин вытянулся по струнке. «Доложите, что Суворов придет!»
Полководец не любил долгих сборов. Тут же по деревне был отдан приказ: «Час собираться, другой – отправляться. Поездка с четырьмя товарищами, я в повозке, а они в санях. Лошадей надобно 18, а не 24. Взять на дорогу денег 250 рублей. Егорке бежать к старосте Фомке и сказать, чтоб такую сумму поверил, потому что я еду не на шутку, да я же тут служил за дьячка и пел басом, а теперь буду петь Марсом».
Итак, Суворов, как и обещал, «пел Марсом»: за полтора месяца вся Северная Италия была отбита у французов. Еще через месяц союзники под командованием Суворова разгромили превосходящую по численности армию французского генерала Макдональда. «В воздаяние за славные подвиги» Павел I возвел Суворова в княжеское достоинство с титулом Светлейшего Италийского.
А далее был знаменитый переход через Альпы. Не получив оговоренных с австрийцами обозов с провиантом, выдержав жестокое сражение у Чертова моста и выбив французов, обученных сражаться в горах, с перевала Сен-Готард, армия двинулась дальше. Но как перебраться без проводников? И здесь личность полководца сыграла свою роль.
Одна из исторических версий гласит, что житель тех мест, Антонио Гамба, поговорив с князем Италийским, был поражен его величием настолько, что согласился на безумное предприятие – перевести русских горными тропами в Швейцарию. Историки считают, что после всех тягот русская армия должна была быть уничтожена, но Суворов вновь доказал, что его не зря называли непобедимым. В конце итальянской кампании Павел присвоил ему звание генералиссимуса и повелел, чтобы даже в присутствии государя войска отдавали Суворову «воинские почести, следующие по уставу только особе императора».