С 1910 года Шоу начали преследовать неудачи. Ему было 54 года, когда, как всем казалось, его талант стал клониться к закату. Но в 1914 году в Лондонском Королевском театре поставили «Пигмалиона», и театральная публика поняла, что талант драматурга только раскрылся в полную силу. История о безграничности человеческих возможностей поразит зрителя на долгие годы, а через пятьдесят лет обретет новую жизнь в мюзикле «Моя прекрасная леди».
Шоу писал «Пигмалиона» для конкретной актрисы. Цветочницу Элизу Дулиттл должна была сыграть Стелла Патрик Кэмпбелл, в которую Шоу был давно влюблен! Эти чувства утихали в нем почти сорок лет. Страстная, долгая «любовь по переписке» – и ничего не подозревающая Шарлотта… Но как Шоу мог отказаться от своих чувств, если он впервые в жизни по-настоящему полюбил?!
В 1914 году в воздухе тревожно запахло войной. За неаккуратные высказывания о войне имя Бернарда Шоу надолго убрали с театральных афиш. Его перестали публиковать. Но он продолжал работать – на этот раз над пьесой «Дом, где разбиваются сердца», которая стала вершиной его драматургического творчества.
А в 1925 году он получил Нобелевскую премию. Эксцентричный Шоу заявил, что от денег, полагающихся за премию, он отказывается, а саму премию объявил «знаком благодарности за то облегчение, которое он доставил миру, ничего не напечатав в текущем году». И прибавил еще: «Я готов простить Альфреду Нобелю изобретение динамита, но только дьявол в людском обличии мог выдумать Нобелевскую премию».
Он отказался даже присутствовать на церемонии вручения премии, и ее пришлось получать английскому послу в Швеции Артуру Даффу. В конце концов деньги были потрачены на создание литературного фонда для переводчиков.
Жизнь Шоу продолжала бить ключом. Весной 1931 года супруга уговорила его совершить кругосветное путешествие. Они побывали в Индии, Новой Зеландии, США, а потом и в СССР. Сталин Бернарду Шоу понравился, а вот академик Иван Петрович Павлов, напротив, вызвал бурю раздражения.
Шоу продолжал работать, но силы уже были не те, что в молодости и зрелости. К тому же уходили друзья. Потеря за потерей. В 1940 году скончалась Стелла, всю жизнь горячо любившая Шоу. Через три года не стало Шарлотты. А в 1950 году он сам оказался прикованным к постели. Начинались месяцы его прощания с жизнью. Он принял это без жалоб и стонов. Его последние слова – «я готов умереть». Ничего другого человек, у которого в жизни не было места иллюзиям, смерти ответить не мог.
Он обожал приключения, увлекался автомобилями, мотогонками, полетами на воздушном шаре, ходил на китобойном судне. Но однажды придумал Шерлока Холмса…
Артур Игнатиус Конан Дойль был первенцем в эдинбургском семействе разорившихся аристократов. Его отец Чарльз, художник, зарабатывал мало, едва сводил концы с концами и незаметно пристрастился к выпивке. Матушка Мери занималась детьми – их кроме Артура в семье появилось еще шестеро. Она часто читала детям книги или сама сочиняла для них разные истории.
Как бы плохо ни обстояли дела у Дойлей (мебель им привозили друзья, а одежду для детей приходилось постоянно латать, чтобы не покупать новую), в семье никогда не жалели денег на книги. Маленький Артур рано полюбил Купера и Скотта, а самой любимой его книгой стали «Охотники за скальпами» Майн Рида. Он просто обожал приключения!
В девять лет его отдали в начальную школу-интернат в Ходдере. В школе он держался независимо, гордясь своим аристократическим происхождением. Правда, не знал, что его учебу оплачивали дядюшки: у отца с матерью просто не было на это денег.
Артур Конан Дойль
Через два года Артура перевели в Стоунихерст, школу со спартанскими условиями. Жидкая каша на завтрак, жесткие койки, застланные грубыми одеялами, три удара резиновой дубинкой за невыученный урок. А он вечно забывал про уроки! Но это была настоящая школа жизни: Артур Конан Дойль до конца своих дней был скромен в быту и непривередлив в еде.
В 1876 году 17-летний юноша стал студентом медицинского факультета Эдинбургского университета. В стипендии ему отказали: есть студенты, которые нуждаются в деньгах больше, чем отпрыск аристократического рода! Артур не смог сказать, что его семье тоже необходима помощь. Ему пришлось подрабатывать после учебы (к тому времени его матушка не работала, а отца забрали в психиатрическую клинику).
Медицина юному Дойлю нравилась. Больше всего он полюбил своего преподавателя хирургии Джозефа Белла. «Он, бросив взгляд на пациента, часто за несколько секунд узнавал больше, чем я из своих вопросов», – писал Артур о профессоре, восхищенный его наблюдательностью. Через десять лет, создавая образ самого известного в мире сыщика, Дойль «позаимствует» у Джозефа Белла рост, темперамент и даже трубку из вишневого дерева.
