Нам известно, что м-р Бетанелли присутствовал на первом частном сеансе полковника Олькотта в Филадельфии. Он стал восторженным новообращенным спиритуалистом. Полковник был единственным непосредственным свидетелем, который оставил описание этого странного бракосочетания между Е.П.Б. и м-ром Бетанелли: «Одно из моих писем из Читтендена, опубликованное в „Daily Graphic“, заинтересовало мистера Б…, выходца из России и побудило его написать мне письмо из Филадельфии, в котором он выразил сильное желание встретиться с моими коллегами и поговорить о спиритуализме. С ее стороны не было возражений, он приехал в Нью-Йорк в конце 1874 года и они встретились. Случилось так, что от нее он сразу пришел в состояние восторга, которое выразил на словах, а позднее и в письмах к ней и ко мне. Она неизменно отвергала его матримониальные притязания и очень сердилась из-за его глупой настойчивости. Единственным последствием этого было то, что он стал еще более преданным и в конце концов начал угрожать покончить с собой, если она не примет его предложения». [18, т.1, с.55] Этот факт подтверждает и генерал Даблдэй в своем письме, отправленном в «Religio Philosophical Journal», в Чикаго, 28 апреля 1878 года, где говорится, что упомянутое выше письмо от м-ра Бетанелли привело к браку; что он угрожал покончить с собой, и она вышла за него замуж с целью это предотвратить, так как еще будучи юной и миловидной, она уже была причиной двух самоубийств;[40] и что это единственная причина, объясняющая это странное бракосочетание. [22]
Мадам Блаватская, вне всякого сомнения, считала себя вдовой. Она думала так многие годы. Вс. С. Соловьев цитирует ее письмо, опубликованное в январе 1886 года: «…около восьми лет тому назад я натурализовалась и сделалась гражданкой Северо-Американских Соединенных Штатов, вследствие чего потеряла все права на ежегодную пенсию в 5000 рублей, которая принадлежит мне, как вдове высшего русского сановника…» На это Соловьев дал следующее примечание: «Что скажет скромный и почтенный, поныне здравствующий старец Н. В. Блаватский, когда узнает, что он „высший русский сановник“ и что его вдова при его жизни, должна получать целых 5000 рублей ежегодной пенсии!.. Какая ирония судьбы!» [4, с.167]
Госпожа Желиховская, сестра Е.П.Б, отвечая Соловьеву, писала: «Елена Петровна Блаватская сама не выдавала себя за вдову, но таковой ее признали тифлисские власти, выславшие ей в 1884 году свидетельство, где она была названа „вдовой действительного статского советника Н. В. Блаватского“. Не будучи с ним в сношениях более двадцати пяти лет, она совершенно потеряла его из виду и не знала, как и мы, – жив он или умер. Это вина тифлисской полиции, а никак не ее». [4, с.315]
Е.П.Б. пришла в ужас, когда до нее дошли слухи о заявлениях Соловьева. Она писала мистеру Синнету: «Соловьев грозит мне, что господин Блаватский не умер, а является „очаровательным столетним старичком“, который на многие годы скрылся у своего брата – отсюда ложные сведения о его смерти. Представьте себе публикацию
