Да, про день рождения это он вовремя вспомнил. Тем более юбилей, будь он неладен. Ведь надо будет как-то праздновать, гостей собирать. Думать над этим Насте Каменской не хотелось, в конце концов, впереди еще полтора месяца. А вот пятнадцать лет со дня свадьбы — это уже совсем скоро, 13 мая. В этот день в 1995 году поженились не только они с Алексеем, но и Настин сводный брат Александр со своей Дашенькой, которая была к тому моменту уже на сносях. И отмечать праздник договорились вместе, только проблема в том, что крутой бизнесмен Александр Каменский постоянно в разъездах, деловых встречах и переговорах, и о том, что 13 мая его не будет в Москве, известно уже сейчас, а когда они смогут наконец все вместе собраться — это большой вопрос. Неужели придется уезжать в Южноморск, торчать там неизвестно сколько времени и памятную дату провести в разлуке с мужем? «Это будет неправильно», — решила Настя и осторожно спросила Стасова, можно ли ей взять с собой в поездку Чистякова. А что? Он ведь приезжал к ней в Томилин, когда она разбиралась там с делом об убийствах пенсионерок, и они провели чудесные несколько дней. Почему бы не повторить опыт? Правда, здесь речь пойдет как минимум о двух неделях, но, с другой стороны, какая Стасову разница? Командировочные он выдаст все равно только на нее, Настю, а Лешка будет жить и питаться за счет их семейного бюджета. Когда они в последний раз были вместе на юге? Она даже припомнить не может. Лет, наверное, двадцать назад.
— Да ради бога, — широко улыбнулся Стасов в ответ на ее просьбу. — Конечно, поезжайте вместе, устроите себе романтические каникулы, отметите дату. А проставляться когда будете?
— Как только Саня с датой определится. Думаю, ближе к концу мая.
— Тогда считай, что я тебе делаю подарок сразу к двум праздникам. Терпеть не могу морочиться с подарками, никогда не знаю, что купить, — сказал Стасов довольным голосом. — Записывай телефон заказчицы, договаривайся с ней о встрече — и вперед. Только текущее дело не забудь закончить.
— Все-таки ты злой, — констатировала Настя.
Пятница, конец рабочей недели, конец рабочего дня, и Максим Витальевич Крамарев, председатель совета директоров фармацевтического концерна, собрался ехать домой. Он посмотрел в ежедневник и увидел запись еще об одном вопросе, который надо было бы прояснить. Вопрос этот пришел ему в голову еще ранним утром, но в суете он о нем подзабыл. Максим Витальевич нажал кнопку селектора и велел секретарю пригласить к нему Елену Абросимову. Он ни минуты не сомневался, что Елена еще не уехала домой: в концерне не принято было ведущим сотрудникам уходить с работы раньше руководителя.
Елена появилась в его кабинете минут через десять.
— Я слышал, вы кого-то поселили у моей садовницы, — строго начал Крамарев. — Вы давно знаете этого человека? И вообще, кто он, откуда взялся?
— Это очень славная женщина, приезжая. Я не думала, что вы против, — несколько растерялась Абросимова. — Мы часто направляем людей к Нине Сергеевне, она с удовольствием берет жильцов, это обычная практика. Что-то не так, Максим Витальевич? Что-то случилось?
— Пока ничего, — буркнул он. — Но как вы можете быть уверены, что эта баба — не подсадная утка Разуваева? Что вы вообще о ней знаете?
— Я уверяю вас, Максим Витальевич, Валентина не имеет никакого отношения к вашей избирательной кампании. Голову даю на отсечение. Это было совершенно случайное знакомство в поезде, и инициатором знакомства была именно я, а вовсе не она.
— Ну ладно, смотрите там… А то поселится какая-нибудь гнида, вотрется в доверие к Нине, потом в дом пролезет, с моей женой познакомится, начнет вынюхивать. Этого мне только не хватало!
— Я вас уверяю, — снова повторила Елена Абросимова уже более уверенным тоном, — в данном случае ничего подобного не случится.
— Ладно, идите, — Крамарев махнул рукой. — Там в приемной кто-нибудь есть?
— Одновременно со мной пришел ваш помощник. Наверное, ждет, когда я выйду.
— Скажите ему, пусть заходит.
Помощник Крамарева вошел с деловым видом и сразу положил на стол пачку агитационных материалов Разуваева, конкурента Максима по избирательной кампании в Мосгордуму. Крамарев пробежал глазами несколько листков и поморщился. Один из основных пунктов предвыборной программы Разуваева — предложения по усилению ответственности за насилие в семье против детей, за педофилию, детскую порнографию и так далее. Усиление мер профилактики, усиление роли органов опеки и попечительства, господдержка детских домов и интернатов, одним словом, борьба за здоровое полноценное детство и за новое поколение.
— Ну-ну, — хмыкнул Крамарев, — скоро мы посмотрим, какой ты борец за счастливое детство.
Все основные дела были сделаны, можно и домой ехать.
