Очнулась Конни в больнице среди врачей, которые нервно суетились у ее кровати. Тут же сидела Эллен. Она и сообщила о беременности, порхая по палате, словно беременной была она. А вот Конни даже не знала плакать или радоваться. В планы на ближайшее будущее у нее это точно не входило. Да и время совсем неподходящее. Бараса мог в любую минуту нагрянуть и что тогда? Алекса он обезвредил. И освободил себе путь к ней. А тут еще эта новость. Если он узнает, то может насладиться по полной. Конни лежала на белоснежной кровати с воткнутыми в нее иглами от капельниц и пыталась хоть как-то наметить свои дальнейшие действия. Но и заодно винила себя за свою безалаберность. Думать головой надо было раньше, а не пускаться во все тяжкие. Хотя какие тяжкие? Ведь в ее памяти всплывали абсолютно другие картинки. А внутри была тишина. Не пустота, а именно тишина. Как-будто все затаилось и ждало решения.
К вечеру ее отпустили домой. Дастин и Эллен ни на минуту ее не выпускали из вида. Но когда Конни поделилась намерением взяться за расследование, то они строго-настрого запретили ей даже думать об этом. Дастин вообще заявил, что пока Алекса нет, он отвечает за нее. И если что-то пойдет не так, Алекс никого в живых не оставит. Конни сначала восприняла это, как шутку. Но Эллен встала рядом с Дастином и, скрестив руки на груди, утвердительно покачала головой. Лица их говорили, что теперь шутки в сторону. Пришло время для серьезных решений. Но уже через час уговоров они сдались. Главным аргументом Конни было помочь Алексу выйти на свободу. Хотя условие ей все-таки выставили: они должны знать все, что она делает, говорит или ест. Конни, конечно же, согласилась. И тут же попросила телефон.
— Мистер Браун, это Конни. Есть какие-нибудь новости? — но Дастин неожиданно вырвал из ее рук телефон и положил рядом, включив громкую связь.
— Есть. Достал все, что смог. Фото убитой вышлю на этот номер позже. Значит, убитую завали Энни Барбара Джонс. Ей двадцать пять. Она не замужем, работала в ресторане Лакки.
— Лакки? — перебил его Дастин.
— Ты знаешь этот ресторан? — Конни быстро захлопала ресницами.
— Конни, это наш ресторан. И мне жаль Энни. Я ее очень хорошо знала, — вздохнула Эллен и прослезилась. — Алекс точно не мог ей навредить. Он ее сам устроил на работу. Она почти оказалась на улице. А он ей помог.
— А что против него есть? — Конни снова вернулась к разговору.
— На теле обнаружили его волос. Последний сделанный ею звонок был ему. Есть трое свидетелей, которые подтвердили, что за полтора часа до убийства они вместе выходили из ресторана. А…
— Это все говорит о том, что они вместе работают и ни о чем больше, — Дастин попытался оправдать Алекса в глазах Конни, которая мрачнела с каждой предоставленной уликой.
— Так на чем основывается обвинение? — дрожащим голосом спросила Конни.
Зная Бараса, она тут же предположила, что он выставлял Алекса насильником. А потом и убийцей. В общем, с фантазией у Мигеля было не очень. Поэтому ждать от него что-то глобального никогда не приходилось. К тому же и вел он себя, как трус. Постоянно кого-то подсылал, а сам где-то отсиживался.
— Обвинение… — послышался вздох мистера Брауна. — А вот тут самое интересное.
— Изнасилование? — усмехнулась Конни.
— Возможно. Но прямо на это вроде как ничего не указывает, но…
— Босс, говорите яснее уже, — Конни явно начала нервничать и ей от этого становилось дурно.
— Эм… Обвинение по статье "Убийство с целью сокрытия…" — мистер Браун продолжал мяться.
— Сокрытия чего? — Конни встала и в ожидании ответа начала сверлить телефон взглядом, в котором читался страх.
— Ее беременности, — босс шумно выдохнул.
Все трое были в шоке и замерли там, где находились. Тишина повисла в комнате и сгущалась где-то в серединке между ними. Первым очнулся Дастин и, поблагодарив мистера Брауна за помощь, попрощался с ним.
Первое, о чем подумала Конни, так это то, что она сильно не до оценила Бараса. "Оказывается у него с фантазией все просто отлично. Так, Конни, включай мозги, — девушка старалась отойти от новости. — Тебе ли не знать, как можно оговорить человека! Ты раскрыла не один десяток подобных дел."
— Конни, ты как? — слабый голос Эллен прозвучал где-то по близости и оторвал девушку от размышлений.
— Нормально, — тихо ответила Конни. — Да, мало ли от кого она могла быть беременна.
— Точно точно, — Эллен взяла ее за руки и посадила на диван. — Конни, ты бледнеешь! Тебе не хорошо?
Еще одна кошмарная ночь закончилась. За окном вовсю пригревало летнее солнышко, которое все время пыталось пробиться сквозь плотные шторы. Конни подошла к открытому окну и полной грудью вдохнула утренний воздух, наполненный ароматом нежных роз. На минуту ей показалось, что все это просто дурной сон. Как же не хотелось возвращаться в реальность. Обстоятельства сильно тяготили, а еще больше злили. По дороге на кухню Конни думала о том, что пора ставить точку и до конца разобраться с Бараса. В любом случае так дальше не может продолжаться. Почти три месяца тянется вся эта котовасия.
