— Да, Мэл, это правда я, — Конни мило улыбнулась и встала.
— О, боже! — радостно закричала подруга и кинулась обниматься.
Следующие пол часа Мэл задавала кучу вопросов, которые, вероятно, ее очень сильно и долго мучили. Еще бы! Столько времени они даже не созванивались. Вскоре подъехала Синди. Настроение Мэл немного по угасло. Она пока не могла привыкнуть к "хорошей" сестренке Синди.
— А что, если нам рвануть на пляж? — нерешительно предложила Синди.
— Да-а-а! — в один голос закричали Конни и ее таракашки в голове.
Девушка и мечтать о таком не могла. Они быстро запрыгнули в машину и под девичий щебет направились к озеру. Через каких-то двадцать минут Конни утопила свои ноги в горячий песок. Это было… Опупенно! Ее мечта, наконец-то, сбылась. Она закрыла глаза и полной грудью вдохнула влажный воздух. К тому времени, когда Конни вернулась к остальным, там уже был пир горой. Вино, сыр, нагеттсы, картошка и еще много чего. Как оказалось, что Синди по пути заехала в магазин и купила все, что попалось на глаза. Но когда Конни сказала, что вино теперь ей нельзя из-за беременности, то по вечернему пляжу разнесся дикий женский крик. Все собаки вокруг прижались к земле и притворились мертвыми. В итоге вино отправилось обратно в багажник.
Тем было полно. В основном Синди и Мэл задавали вопросы, а Конни отвечала. Время пролетело незаметно. Последний луч заходящего солнца скрылся часа два назад и воздух ощутимо посвежел. Девушки забрались в машину и не могли наговориться. Сегодняшний день оказался для Конни слишком насыщенным, поэтому усталость и сонливость не заставили себя долго ждать.
— Знаете, а у меня есть идея, — Синди на мгновение отвернулась от дороги и посмотрела на Конни. — А что, если нам с тобой, сестренка, засадить этого Барасу по всем его лучшим традициям?
— Ты сейчас о чем? — Конни не могла уловить мысль сестры.
— Я о том, что, когда будут судить этого подонка, то мы могли бы в этом во всем поучаствовать. Заодно и убедиться, что он не смог отвертеться. Что скажешь? — подмигнула Синди.
— О-о-о, а это отличная идея! — поддержала ее Мэл.
Наконец-то, настал тот день, которого многие так сильно ждали. Сегодня ровно в полдень должно начаться заседание по делу Бараса. А точнее по нескольким его делам. В попытке воплощения своей мести он убил несколько невинных душ, разрушил несколько жизней, включая свою. Ведь Эллен его любила по настоящему и его жизнь могла бы сложится очень удачно. Его приёмный брат тоже давал шанс. Но, как оказалось, ему всего этого было мало. Алчность, месть и тщеславие — три главные героини его романа, которые отыграли свои роли на все сто. Но это его выбор. И винить ему нужно только себя.
Конни ворочалась с бока на бок всю ночь. Поверить в происходящее было сложно. Алекс пытался её успокоить, но все тщетно. Спокойно заснуть не помогли даже успокоительные таблетки, которые выписал личный врач Конни. Да-да, у неё теперь был свои личный гинеколог. Алекс снова сделал так, как хотел, не поговорив предварительно с ней. После этого она просто сдалась. Возможно, это поведение было чертой его характера. Ведь он даже и на этот раз искренне не понимал, что он сделал не так и чем не довольна его невеста.
Утро началось со звонка Синди, которая сообщила, что все подготовила для участия в суде. Обсудив ещё некоторые нюансы, сестры решили для начала отправится лично к обвиняемому.
— Слушай, сестрёнка, а точно все хорошо будет? Ведь ты уже не прокурор.
— Расслабься, Конни! Мне один судья задолжал, — как-то пугающие ответила Синди и завела двигатель. — Ты слова свои выучила?
— Д-да.
— Ну, хорошо. Проблем тогда не будет. Поехали! — и решительно переключила скорость.
В переговорной комнате Бараса смотрел на девушек своим хищным взглядом. Судя по его ухмылке, он не в чем не раскаивался. А даже наоборот, вёл себя крайне высокомерно. Будто знал, что его снова выпустят.
— Синди, ты же знаешь свою сестру, — довольно улыбнулся Микки. — Она меня вытащит. Обязательно вытащит. У неё же принципы!
— Микки, на твоём месте бы я начала умолять, — лицо Синди исказилось в своей манере.
— Мы можем поменяться, — подмигнул он. — Я не буду возражать.
— А ты читаешь мои мысли, — продолжала Синди.
Бараса замер с приподнятой от удивления бровью. Конни совсем не понимала, что происходит. Эти двое обменивались любезностями на каком-то своём языке. Но больше всего её интересовал пакет сестры. К заключённым ничего нельзя проносить, но он тут. И это определённо что-то значило.
