Вскоре, когда гости заметно повеселели, Дима постучал вилкой по бокалу, привлекая к себе внимание. Все замолчали и встали вокруг него полукругом.
— Я рад, что вы все сегодня здесь собрались. Пришли даже те, кого я совсем не ожидал увидеть. Спасибо вам.
Послышались редкие хлопки.
— Мы с вами многое пережили за это время. Некоторые нашли способ выживать самостоятельно. Кто-то примкнул к лекарям. И я это ни в коем случае не осуждаю, — быстро добавил он. — Я рад, что вы нашли своё место. Однако сейчас, когда имперские заклинатели сняли с нас запрет на пополнение маны, и нам вернули все аптеки и лаборатории, мы полны решимости продолжить нашу миссию и лечить людей. Некоторые из вас начали работать с нами ещё до суда, — он кивнул стоящим рядом Вану Ли, Владимиру Зощенко и Армену Иванишвили, а затем повернулся к чете Огневых. — Я знаю, что вы преуспеваете, и очень рад этому.
Сдается мне, что если бы выступил дед, то говорил бы он совсем по-другому. Но мне кажется, что Григорий Афанасьевич еще скажет свое веское слово. Позже. А сейчас я просто слушал и наблюдал.
Дима ещё много говорил о том, что планируется и как будет вестись дальнейшее сотрудничество, а я не сводил взгляда с наших гостей. Когда Дима дал слово Армену Иванишвили и тот рассказал, что их сеть аптек процветает, и в ближайшее время планируется открытие ещё трех аптечных пунктов, многие оживились и, отставив бокалы, прислушались.
Затем Огнев рассказал, что у него уже четыре магазина с косметическими средствами, и пришлось срочно увеличивать производство, ведь бальзамы, лосьоны, шампуни и другие средства, изготовленные по моим рецептам, расходятся очень быстро. После его выступления число воодушевлённых увеличилось. Послышались вопросы. Кто-то выразил готовность тоже начать заниматься косметикой, ведь, как оказалось, это направление не так уж и развито.
Меня попросили рассказать, что ещё я могу предложить, ведь, как выяснилось, все уже в курсе, что всем занимался именно я.
— Во-первых, что мне очень бы хотелось развить для дальнейшей работы — выращивание растений, в том числе манаросов, для наших нужд. Я сейчас учусь в академии, поэтому хотел бы поручить это дело одному из вас.
— Но как выращивать манаросы? Ведь для этого нужно много кристаллов, — с сомнением покачал головой пожилой мужчина. Он сидел в кресле и, опершись о трость с массивным набалдашником, подслеповато щурил глаза.
— С кристаллами проблем не будет. В анобласти Савельевых их великое множество. К тому же оранжереи можно построить рядом с аномалией и тогда растения сами будут вытягивать из земли энергию.
— А я слышал, что у Юсуповых отобрали землю, — сказал молодой мужчина в сером клетчатом костюме. — Если государь разрешит, то можно прямо там сделать и оранжереи и поля. Земля там хорошая, плодородная. Да и к Москве ближе, чем савельевская анобласть.
— Хорошая идея. Надо уточнить, — кивнул я. — Вы наверняка слышали, что в Торжке у нас есть лавка. Точно такую же мы намерены открыть в самое ближайшее время в Москве и, если дела пойдут хорошо, то сделаем сеть магазинчиков по всей империи. Нам понадобятся помощники…
Я изложил ещё несколько своих идей, в числе которых были магазины с удобрениями для растений и ядами от паразитов.
Узнав о наших планах и почуяв перспективы, вассалы принялись спорить, кто из них возьмёт то или иное направление. Дима подошёл ко мне и шепнул, что я хорошо выступил, и он гордится мной. Было приятно.
Гости просидели до позднего вечера. Уставшая Лида, которая постоянно следила за тем, чтобы подносы с едой не опустели, а бокалы всегда были полными, опустилась на диван рядом со мной и шепнула, что в следующий раз такие мероприятия будем проводить в ресторане. Я с ней согласился.
К тому же тревога не покидала меня весь вечер. Я пытался разобраться, чем оно вызвано, но сколько бы ни старался, не смог. Даже те, кто был холоден и насторожен, под конец вечера заметно повеселели и активно обсуждали, что именно намерены делать под нашим началом.
Обсудив предварительные договорённости, гости после полуночи начали расходиться. Даже те, кто уже перешёл под крыло других родов, теперь очень хотели вернуться к нам и были полны решимости разорвать с ними отношения.
— Хорошо всё прошло, — Дима устало опустился рядом с нами, проводив последнего гостя. — Отец будет доволен.
— Ты прав. Григорий Афанасьевич думал, что все от нас отвернулись, но был не прав, — ответила Лида.
— Время покажет. На словах-то все согласились, а дальше видно будет. Не так-то легко будет уйти от новых сюзеренов. Те наверняка попросят отступные или пригрозят судебными тяжбами, — он повернулся ко мне. — Сын, я даже не знал, что у тебя столько замечательных идей.
— И это только часть, — поднял я вверх указательный палец. — На самом деле я бы развернулся ещё шире, но не сейчас.
— Пойдёмте спать, ноги еле держат, — пожаловалась Лида и двинулась к выходу.
