— Нет. Только завтра. Мне велено расплатиться, забрать средство и заказать новое, — с нажимом произнёс он, вытащил из кармана клочок бумаги и прочитал. — Вот здесь написано… Зелье, меняющее внешность.
— Зелье, меняющее внешность? — напрягся я.
Неужели Ваня кому-то проговорился про зелье «Превращения»?
— Да-да, я тоже удивился, но богач сказал, что никакой ошибки нет, — пожал он плечами.
— А с чего ваш богач решил, что я могу изготовить такое зелье? — продолжал допытываться я.
— Я тоже об этом спросил, а он ответил, что раз из старухи смог сделать принцессу, то ему, то есть вам, всё по плечу.
Горгоново безумие, он и про баронессу Завьялову знает! Кто же этот человек? Не нравятся мне те, кто сует свой нос в чужие дела, а этот неизвестный заказчик как-то слишком много знает обо мне. Это уже становится слишком подозрительным.
— Я понятия не имею, про какую старуху идёт речь, — ответил я. — А заказчику передайте, что зелье, меняющее внешность, только в сказках существует. Держите пробирку и отдайте мне мою тысячу.
Я всучил ему зелье, забрал деньги, с которыми он с такой неохотой расставался, и уже уходя, окликнул.
— Передайте вашему богачу, что если он хочет получить зелье «Превращения», то пусть сам ко мне заявится.
— Но ведь вы сказали…
— Мало ли что я сказал. Передайте ему мои слова, — я махнул рукой и двинулся к дому.
Нужно обдумать эту ситуацию. Либо мне и дальше прятать свои возможности и делать так, чтобы никто не узнал о моих зельях, либо «выходить из подполья» и открыто заявить, что ко мне можно обращаться за такими очень специфичными средствами.
Артефактор Платон Грачёв из окна своей машины наблюдал за нанятым бродягой и Александром Филатовым. За последние дни он так много узнал об этом юноше, что никак не мог поверить, что всё это правда.
Из неудачника с низким уровнем маны, подростковыми прыщами и тощим телом он за очень короткое время стал одним из талантливейших аптекарей. Слухи о нём разошлись далеко за пределы Торжка. Сейчас, когда он в Москве и продолжает успешно лечить, казалось бы, безнадежных больных, вести о его чудотворных средствах на устах многих лекарей. Коганы ничуть не скрывают, что тесно взаимодействуют с Филатовыми, и активно рекламируют недавно вышедшие в продажу артефакты, на которых снова указана не только фамилия Филатовых, но и имя одного из них.
Однако лекарственные препараты не вызвали у Грачева столько интереса, как другие средства аптекаря-гения. Как ему удалось так сильно изменить Завьялову?
И как ещё недавно не блистающий умом школьник смог убить громадного маназверя в анобласти и спасти жизнь охотнику? Как⁈
Платон Грачёв дождался, когда Александр вручит пробирку его человеку и исчезнет за воротами, и только после этого поехал вслед за бродягой.
— Садись в машину, — велел он, резко притормозив рядом с испуганно отскочившим в сторону мужчиной.
— Ох, я вас даже не заметил, — с облегчением выдохнул он и забрался на заднее сиденье.
Грачев заехал в ближайший двор, остановился и повернулся к пассажиру.
— Рассказывай.
— Вот. Это он отдал, — двумя пальца, будто это что-то очень опасное, он протянул артефактору пробирку.
— Что насчёт зелья, меняющего внешность? — Грачёв откупорил пробковую крышку и понюхал. Запах травяной, но не только. Есть ещё что-то едкое и прошибающее нос. Скорее всего корень манароса смрадноцвета.
— Он сказал, что такие зелья только в сказках, — пожал плечами бродяга и любовно встряхнул пыль с подола своего нового пиджака.
— Отказался? — удивился Грачёв.
— Говорю же, он сказал, что такие зелья только в сказках. И я с ним согласен…. А-а-а, чуть не забыл. Он передал, чтобы вы сами к нему пришли, если вам нужно зелье… «Превращения». Да, точно! Зелье «Превращения»
Грачёв с раздражением выдохнул. Его план снова не удался. Он-то рассчитывал, что Филатов согласится, но теперь… Интересно, он догадался, что это проверка, или просто не хочет, чтобы между ним и заказчиком был посредник?
— А ты сказал, что я заплачу ему пять тысяч?
— Нет, — мотнул головой бродяга. — Какая разница, сколько вы заплатите, если невозможно создать…
— Держи свои деньги и пошёл вон отсюда!
Артефактор бросил в него пятидесятирублёвую купюру.
Бродяга с довольным видом убрал деньги в карман, попрощался и вышел из машины. Взбешенный артефактор наблюдал за тем, с какой радостной физиономией мужчина бежит к ларьку. Но он не успел потратить ни рубля, замертво свалившись на мокрый асфальт.
Грачёв убрал смертоносный артефакт в карман и поехал в сторону оживленной трассы, думая об Александре Филатове.
Я проснулся в прескверном настроении, а всё потому, что снизу вновь доносился спор, хлопанье дверями, топот тяжелых ботинок. Кто на этот раз нарушил мой покой⁈ Они доведут меня до того, что я снова пойду искать тишинуй на самом краю империи в заброшенном замке. Конечно, если таковые здесь имеются. Если нет, придётся самому сначала построить.
Спускаясь вниз, я придумал длинную гневную тираду, но, когда увидел, по какому поводу шум-гам, невольно напрягся.
