И оковы крепко держат. Тело не слушается, охваченное неведомой силой, в этих путах — словно раба. На задворках сопротивляющегося сознания приходит понимание, что я нахожусь в Бездне пустоты, вернее, сюда насильно поместили… Тут ветер воет грустные песни и живут потерянные души, которым не суждено родиться вновь. За мной кто-то неотрывно наблюдает — тяжелый невидимый взгляд чувствовался везде. Но ничего не происходило больше. И остается лишь ждать…
— Элли… давай, просыпайся…
Голос зовет, заставив меня дернуться в тисках, причиняя себе боль.
Хозяин этих владений щелчком пальцев скидывает оцепенение…
Я резко села, хватая воздух ртом. Наткнулась на любимые золотистые глаза. Это Рик звал, выводя из странного состояния.
Огляделась. Спальня другая…
Хотя помню, как засыпала в нашей кровати, нежась на груди любимого. Или не помню? Перебираю последние события в голове, которые оборвались на ласках в душе… А что дальше?
Смотрю вопросительно на мужа.
— Ничего не хочешь сказать?
Он вообще задолжал с объяснениями.
— Мы в Аду, — непринужденно отвечает.
— И это все?
— Пришлось спасаться бегством… от условных обязательств… или правосудия…
— Рик, мне каждое слово тянуть? — хотела встать с постели, но он не дал, заключая в тугие объятия.
— На нас объявлена охота: как только мы уничтожили инициированных, а вместе с ними пришлось «убрать» остальных присутствующих там людей, сожгли дом, наведя смуту в поселке для избранных…
Перевариваю услышанное. Охота? Серьезно?
— Догадайся, кто стоит за всем этим? — продолжает Рик.
Смотрю на него, а говорящий взгляд «да, ты правильно поняла», подтверждает мысли.
— Линд… — выдыхаю.
— Все подстроено изначально. И слежка никогда не прекращалась. Все, связанное с нами, попадало на стол к нему. Многое стало известно, как ты понимаешь… Нанял людей, среди которых был экстрасенс, нашел инициированных раньше нас, ему оставалось ждать, когда включимся в игру. И теперь мы вне закона.
— Зачем? — хотя ничему уже не удивляюсь. Этот человек непредсказуем.
— Хочет тебя заполучить любыми путями…
— То есть… — сморщилась от его слов, представив в каком виде нужна, стало противно до тошноты. — Поэтому мы так быстро уезжали оттуда?
— Ну да… Если бы не статус — давно прикончил. А так: выиграю время, решу, как приструнить навсегда обнаглевшего в корни президента. Надоел портить жизнь…
— Почему не сказать сразу? Ты опять усыпил меня? Причем засунул мое сознание настолько глубоко…
— Прости… Пришлось… Не хотел тебя вмешивать.
«Вмешивать? Скорее, чтобы не мешала…» — услышав мои мысли Рик смотрит укоризненно, хотя его действия продиктованы заботой.
— И как долго я «спала»?
— Три дня.
— Три?! — встаю с кровати, убрав его руки от себя.
— Подожди… А сыновья?
— Они тоже здесь.
— Да, вот только ты забыл, что у меня есть другие родственники, если мама пострадает из-за меня? Они ведь не бессмертные…
— За ними присматривают.
— И все?! — возмущаюсь.
— О любой активности и повышенном внимании вокруг твоей матери, я узнаю первым — не переживай.
— Легко сказать… Надолго мы тут?
— Отдохнем немного. И вернемся. Есть идея, как подставить Линда…
В нашу честь устроили грандиозный праздник. Мне было интересно увидеть, как развлекаются демоны. Когда в наличии столько огня, причем живого, все завязано на нем: он танцует, принимая форму изящных женских фигур, извивается и привлекает своими движениями; он взрывается фейерверком, освещая всеми оттенками красного пространство; а огненные реки стекаются в фонтаны, пульсирующие в такт музыке, которая льется из невидимых труб…
Завораживающее зрелище, оторваться невозможно и теряешь счет времени.
— Тебе нравится, милая? — Лирилиана (не поворачивается язык назвать ее свекровью) взяла меня за руку, отвлекая от огненных всполохов.
— Не передать словами… — отвечаю, улыбаясь.
— Сейчас будет еще одно занятное представление, — ее глубокий приятный голос вибрировал, пока говорила это.
«Уже заинтригована…»
Поднимаю глаза на противоположную трибуну, пытаясь найти Рика, который отыскался сразу и тоже смотрел, посылая в мою сторону флюиды. По правилам мужчинам и женщинам не положено сидеть вместе, в том числе проживать. Они встречаются только с определенными целями… Даже для нас не сделали исключение, не позволяя нарушить тысячелетние традиции.
Музыка сменяется: она становится медленной, ласкающе-приятной на слух, сексуальной…
В центр выносят ложе. На нем лежит обнаженная девушка-демон, вернее, прикована цепями. Тело покрыто чем-то блестящим, словно золотой пудрой присыпано. Среди зрителей проносится ликование и радостные возгласы. А в воздухе ощущается нетерпение и возбуждение.
«Ничего не понимаю. Что происходит?»
Ловлю взгляд Лирилианы, который говорит «не отвлекайся, пропустишь все интересное».
К девушке подходят одновременно несколько демонов. Скидывают с себя немногочисленную одежду… И… начинают по очереди с ней совокупляться…
