— Добра! Да она в принце никому добра желать не может! Ну, кроме Лизочки! Весь ужин лишь Лизочка то, Лизочка се, Лизочка все! Ах, Лизонька умница! Ах, Лизоветочка красавица! — Лета попыталась спародировать сладкие речи Зинаиды Карловны, — А пирожки какие печет! Папа опять же человек не бедный! На работу взял бы зятя, если бы я не случилась рядом!
— Виолета!!!
Денис, наконец, отпустил ее руку, но не просто, а зло отбросив.
— Не смей меня называть этим дурацким именем! Я его ненавижу! Или хочешь сказать, я не права?
— Я вижу конструктивного разговора у нас сейчас не получиться, — тоже окончательно выходя из себя, заорал в ответ парень. — Тогда поговорим, когда остынешь!
Денис выскочил за порог, дверь оглушительно грохнула об косяк. Лета выбежала следом, перегнулась через перила, закричала, пугая эхо в подъезде.
— И не смей возвращаться, придурок!
— Истиричка, — прилетело в ответ, ударяясь о бетонные стены.
— Сам истеричка! Муууудак! Дебиииил…
В какой-то момент Лета поняла, что не спит, но глаза открывать не спешила. Отдельные картинки слишком реального сна, мелькали в мыслях, не хотели отпускать. Казалось, все внутренности сплелись в тугой комок нервов.
— Придурок, — сквозь зубы выдохнула Лета, пытаясь успокоиться.
— Это надеюсь не мне? — раздался откуда-то с боку хриплый голос Ханара.
— Нет, что ты! — поспешно заверила Лета, распахнула глаза и тут же сощурилась.
Спала она вроде не долго, если судить по положению солнца в небе, лучи, которого пробивались тонкими иглами, сквозь зеленное кружево листвы. Немного привыкнув к яркому свету, Лета отыскала мага взглядом. Тот сидел, облокотившись на ствол дерева, а на коленях чародея лежала уже знакомая девушке черная тетрадь с заклинаниями «Изгнания хаоса». Лицо его осунулось от усталость, вечная складка между бровями казалась глубже, а взгляд более хмурым.
— Выспалась? — тоном, далеким от дружелюбного, поинтересовался Ханар.
— Угу, — кивнула Лета и села, для удобства скрестив ноги, — А заодно поняла, почему про парня, то есть жениха, своего не сразу вспомнила: скорей всего, мы с ним опять поругались. Ссоры у нас случались не то что бы очень часто, зато, как говориться: редко, но метко. И каждый раз полный комплект: скандал с битьем посуды, крики на весь подъезд и гордый уход «навсегда» его или мой. Несколько дней после таких выяснений его не хотелось ни видеть, ни слышать. Ну, потом, конечно, мерились, столь же страстно, как и ругались…
Девушка вдруг замолчала, рассеяно глядя куда-то мимо Ханара.
— Вставать не планируешь? — раздраженно поинтересовался маг, наблюдая, как спутница в задумчивости накручивала сорванную травинку на палец.
— Если честно, я бы еще посидела, — попыталась пошутить Лета.
Но Ханар уже стоял рядом, предупредительно протянув руку, предлагая помощь. Девушка вздохнула, и, ухватившись за широкую ладонь, практически мгновенно оказалась на ногах. Придирчиво оглядев себя, она принялась отряхивать подол платья и приглаживать растрепавшиеся волосы.
— Ты долго? Я устал и хочу прямо сейчас очутиться в кровати. И так едва не уснул, пока тебя дожидался.
Маг широко зевнул, прикрыв рот ладонью, и пошел в сторону дома Мирхея, на ходу разминая затекшую шею. Лета, глядя ему в след, не могла понять, зачем он вообще ее ждал. Хотя осознание, что ее не бросили в одиночестве, разливалось внутри мягким теплом. Догнав, мага шагов через пять, девушка пристроилась рядом.
Хотелось расспросить подробности битвы, вопросы буквально кружились на кончике языка, щекоча любопытство, но помятый вид мага не располагал к беседе. Лицо, которое за время поездки слегка загорело, вернуло изначальную бледность. Под глазами проступили темные круги, от чего сами глаза казались ещё чернее. Хмурился маг больше обычного, покусывал в задумчивости нижнюю губу, а ещё сутулился, что ему было не свойственно. В растрепанных волосах застрял кусочек коры, Лета сумела на ходу выпутать его из прически чародея, но Ханар такого вопиюще-непристойного посягательства на себя даже не заметил.
В противовес хмурому магу с высокого, синего, безоблачного неба светило яркое солнце. Его лучи пронзали воздух, играли бликами в кронах деревьев. Ветер, тёплый, напоенный ароматами трав и цветов, трепал одежду. И хотя до конца календарной весны оставалось чуть меньше месяца, день обещал быть по-летнему жарким.
Изредка навстречу попадались деревенские жители. Шли они медленно, нервно оглядываясь и вздрагивая от малейшего шороха, словно не домой возвращались, а пробирались по военному лагерю на вражеской территории. Что еще больше рассмешило Лету, так это попытки таких возвращенцев скрыться в ближайших кустах или затаиться за стволами деревьев, а то и нырнуть в приоткрытую калитку или дверь, стоило им увидеть Ханара, который шел, не сбавляя шаг, полностью игнорируя всех встречных.
