Результат превзошел все ожидания:
Когда столица переместилась в блестящий Петербург (который в народе не любили еще больше), Москва не потеряла свой столичный образ, что подтвердила народная мудрость:
«Москва создана веками, Питер миллионами».
«Питер – голова, Москва – сердце».
«Питер – кормило, Москва – корм».
«Питер женится, Москва замуж идет».
Важно хранить наследие.
«Все новое хорошо, но старое – всего лучше и крепче».
Ничего важнее традиции не придумаешь для государственных институтов. В первую очередь – для армии.
Важную роль в подъеме патриотического духа в годы Великой Отечественной войны сыграла опора на героические примеры из отечественной истории. В июле 1942 года были учреждены высшие воинские награды в честь Александра Невского, Александра Васильевича Суворова, Михаила Илларионовича Кутузова, в конце 1943 года к ним добавился орден Богдана Хмельницкого, а в марте 1944 года – ордена Федора Федоровича Ушакова и Павла Степановича Нахимова. Орден Славы, который с 1943 года вручался за личные боевые заслуги, по статуту и цвету ленты (георгиевская ленточка) копировал Георгиевский крест – высшую воинскую награду за личное мужество дореволюционных времен. Офицерам в январе 1943 года вернули погоны и традиционные звания, было принято обращение «товарищи офицеры» вместо ранее употреблявшегося «товарищи командиры».
Александр Васильевич Александров стал автором музыки нового советского гимна (ставшего затем и гимном Российской Федерации), в котором темы победного марша соединились с широтой русского былинного распева. В его словах, написанных Сергеем Владимировичем Михалковым и Эль-Регистаном (Габриэлем Аршаковичем Урекляном), центральными стали слова о «великой Руси», сплотившей все народы Советского Союза, что отразило переориентацию с классовых позиций на традиционные государственно-национальные. Впервые гимн был исполнен по радио в новогоднюю ночь 1944 года.
«Если восстанавливать традиции российского офицерства, надо вначале возрождать дух офицерства, который был в дореволюционной и советской России. Я всячески стараюсь насаждать его».
Храня наследство, надо думать о его приумножении.
«Хранить наследство – вовсе не значит еще ограничиваться наследством».
Всегда необходимо помнить, в какой стране живешь и работаешь, знать ее традиции. Но нельзя во всем следовать традиции. Политическая воля способна менять судьбы государств. Можно сожалеть, что какие-то компоненты наследия навсегда ушли в прошлое, как крестьянская община, оставившая неизгладимый след в народном сознании. Можно радоваться, что другие ингредиенты остаются с нами, как величие державы или сила ее армии. А можно работать над теми изменениями, которые мы сами считаем важными и необходимыми.
Храня традицию, нельзя быть рабом традиции.
