Я думала, что мне повезло, когда Петр позвал меня замуж. Красавец, семьянин, коренной москвич – чем не завидный жених? Вот только с первой же ночи в его квартире меня стали мучать жуткие сны, слишком похожие на реальность. Мне казалось, что я вытянула счастливый билет в лотерее жизни, а на самом деле – получила путевку в кошмар.
Я встретила Петра в первый же день на новой работе. Не сложилась у меня жизнь в родном городе, и я решила – была, не была, терять мне нечего, и уехала в столицу навстречу новой жизни.
Мне стоило только раз встретиться с ним глазами, и мое сердце словно пропустило удар, чтобы потом зайтись в бешеном ритме. Петр мог бы быть актером и играть аристократов или генералов – настолько он был хорош собой, что иногда можно было подумать, будто на нашем заводе он оказался случайно. Высокий синеглазый брюнет покорил мое сердце с первого взгляда. В меру общительный, но не болтливый, к спиртному равнодушный, на хорошем счету у начальства и уважаем среди коллег. Мужчина-мечта для меня! Я не смогла противиться своим чувствам и иногда позволяла себе легкий флирт, если вдруг мы пересекались в течение дня.
Из рассказа одной коллеги я узнала, что Петр очень рано остался вдовцом. Жена, с которой они жили душа в душу, тяжело заболела, и, несмотря на старания столичных врачей, сгорела за два года. Красивая история любви закончилась трагедией. Единственное, что осталось у мужчины от этой любви – пятилетняя дочь Арина, которую он после смерти жены воспитывал сам.
С тех пор прошло уже пять лет, но жизнь Петра практически не изменилась – он по-прежнему любил свою покойную жену Лиду и воспитывал их общую дочь. Случались за эти годы у него романы или нет, никто не знал. Но, видимо, мне было суждено стать той, кто, наконец, отогреет его сердце, и спустя почти год я переехала жить к нему в статусе будущей жены. Моему счастью не было предела, весь день я раскладывала свои вещи, не веря в происходящее.
– Ну надо же, как нам повезло, – сказала мне мама по телефону. – Не успела и года в столице пожить, а уже без пяти минут москвичка.
В первую ночь на новом месте я долго не могла сомкнуть глаза, но в конце концов забылась сном. Очень реалистичным сном, похожим на явь. Виделось мне бескрайнее снежное поле, что сливалось вдалеке на горизонте с небом, абсолютная давящая со всех сторон тишина и одинокий неясный силуэт, маячивший где-то вдалеке. Тогда я не придала этому сну значения. Подумаешь, приснилось.
Ощущение эйфории и безмерного счастья стало постепенно уходить, уступая место банальной бытовухе. Я думала, что смогу с легкостью найти язык с дочерью жениха, но Арина не скрывала своего недовольства моим переездом и всячески это демонстрировала, что, естественно, меня раздражало. Чего только стоила ее манера бежать обниматься с отцом, когда он приходил после работы уставший. «Не нужно вешаться на отца, дай ему отдохнуть после работы», – сказала я украдкой как-то раз своей падчерице, но в ответ получила лишь недоуменный взгляд и вздернутую бровь.
Я была уверена, что она делает это специально, как бы давая мне понять, что у нее на Петю больше прав. До чего вредная девчонка! Я пыталась поговорить с Петром о поведении его дочери, на что всегда получала один и тот же ответ: «Это естественная реакция в данной ситуации. Ариша тяжело переживала смерть мамы, мы даже посещали детского психолога. Да, она ревнует, ей непривычно, что в доме новый человек, но постарайся понять ее чувства, найти подход к ней». Но как можно найти подход, когда тебя сразу воспринимают в штыки и не желают слушаться?
Между мной и Ариной установились напряженные отношения, которые со временем стали выливаться в ссоры. Чаще всего это происходило в отсутствие Пети. Порой мне казалось, эта девчонка специально делает все мне назло. А жених как мантру повторял: «Найди подход, найти подход… Это обычный детский протест…» А еще мне часто продолжал сниться один и тот же сон – бесконечное снежное поле, легкий ветер и тишина. И снова неясный силуэт на горизонте.
В тот день мне пришлось остаться дома из-за простуды. Когда Арина вернулась из школы в обед, я попросила ее не включать музыку, она отказалась, и мы снова крупно повздорили. В результате я отключила колонки и забрала их, из-за чего девчонка разревелась. «Откуда ты только взялась на нашу голову!» – в сердцах крикнула мне падчерица вслед. Я же закрыла дверь нашей с Петром спальни. Лежа на диване, думала о том, как же мне надоели психи этой избалованной девицы.
Сон настиг меня незаметно, и снова я оказалась в ставших знакомыми мне декорациях. Только на этот раз ветер усилился, и с неба срывался мелкий снег. Я оглядываюсь по сторонам, ища тот самый силуэт, который всегда маячил вдалеке, но горизонт был пуст. Обернувшись, едва сдержала рвущийся наружу крик. Силуэта не было нигде, потому что он стоял позади меня. А точнее она. Молодая женщина, необыкновенной красоты шатенка с длинными волосами. Я посмотрела ей в глаза, и меня сковал ужас. Красивое лицо было искажено неимоверной злобой. Взгляд незнакомки прожигал меня насквозь, она смотрела с такой испепеляющей ненавистью, что умей она поджигать взглядом, я бы уже обратилась в прах. С нечеловеческой силой женщина вцепилась мне в руку, и приблизив ко мне лицо, промолвила: «Не смей!»
