ЛИФТ
1
Каждое утро без исключения, особо не думая над этим, Мартин поднимается на самообслуживаемом лифте на четырнадцатый этаж, где он работает. Это случится и сегодня. Однако, когда он приходит, то обнаруживает пустеющий вестибюль, старое здание всё ещё одержимо беспокойными тенями и тишиной, безлюдное, но безмолвно выжидающее, и он задается вопросом, не может ли сегодня что-то пойти не так.
Сейчас 7:30 утра: Мартин пришёл рано, а потому лифт полностью в его распоряжении. Он ступает внутрь: «ах, что за тесная камера!», думает он, побуждаемый чувством тревоги, и вперивается взглядом в панель пронумерованных кнопок. От первого до четырнадцатого, плюс «П» - подвал. Импульсивно он жмёт на «П» - за семь лет так и не побывал в подвале! От своей робости он фыркает.
После молчаливой паузы двери с грохотом закрываются. Всю ночь ждал этого момента! Лифт медленно опускается под землю. Едкое ощущение затхлости старого здания вызывает в нём беспричинное чувство опустошённости и покинутости, и оттого Мартину начинает казаться, что он спускается в Ад. Tra la perduta gente, yes! (Оставь надежду, всяк сюда входящий!). Его начинает немного трясти. Но Мартин твёрдо заявляет себе, что всё не так просто. Видавший виды подъёмник вздрагивает и останавливается. Автоматические двери расходятся в стороны. Подвал, больше ничего. Вокруг пустота и почти абсолютная тьма. Безмолвие и бесцельность.
Мартин улыбается про себя, нажимая кнопку с цифрой «14». «Давай, старина Харон», - басисто провозглашает он, - «Ад на другой стороне!».
2
С трепетом Мартин ждал, когда вонючие испарения кишечника достигнут его ноздрей. Каждый раз одно и то же. Он считал, что это проделки Каррутера, однако, это было невозможно доказать. Не было слышно ни малейшего звука. Именно Каррутер всегда начинал это, и, хотя окружение менялось, Каррутер всегда был тут как тут.
В лифте их было семеро: шестеро мужчин и девушка, которая им управляла. Девушка не принимала участия в репризе. Ей, конечно, была неприятно, но она старалась быть выше этого. Лицо девушки ничего не выражало, этого не могли изменить даже бестактные выкрики Каррутера. Да и не было ей смысла вмешиваться в грубую игру мужчин. И всё же, полагал Мартин, ей это представлялось пыткой.
И, конечно, он оказался прав - вот оно, сначала слабое, почти сладкое, потом медленно сгущающееся, тошнотворное, наседающее на него...
«Эй! Кто это бзднул?» - выпалил Каррутер, начиная розыгрыш.
«Март бздуна выдал!» - последовал неумолимый ответ. А затем раздался громкий смех.
«Какого! Это опять Мартин пердит?» - завопил другой, когда их заливистый и колкий смех сгустился вокруг него.
«Пожалуйста, Март, не перди!» - кричал следующий. Это продолжалось до тех пор, пока они не покидали лифт. Подъёмник был небольшой: их смех заполнил пространство прижав Мартина к стенке. «Март, будь другом, не пукай!».
Это не я, это не я, - твердил Мартин. Но только про себя. Это было бесполезно. Это была судьба. Судьба и Каррутер (Больше смеха, больше едких выпадов). Пару раз он противился этому. «Ах, Марти, ты просто скромняга!» прогремел тогда Каррутер. Громогласный тембр, крупная фигура. Мартин его ненавидел.
Один за другим другие мужчины покидали лифт на своих этажах, держась за носы. «Старый пердун Марти!» - кричали они каждому, кого встречали на выходе, и это всегда вызывало смех, как внизу, так и наверху. Воздух понемногу очищался всякий раз, как раскрывались двери.
После всех унижений Мартин всегда оставался наедине с девушкой, управлявшей лифтом. Его этаж, четырнадцатый, был самым верхним. Когда все это только началось, давным-давно, он попытался сделать ей извиняющийся жест на выходе, но она всегда отворачивалась от него. Возможно, она думала, что его интересует флирт. В конце концов он был вынужден взять за правило покидать лифт как можно быстрее. Она в любом случае возьмёт на себя его вину.
Конечно, Каррутеру было что возразить. Да, Мартин думал об этом, прокручивал свою реплику бесчисленное количество раз. Единственный способ обыграть этого человека - на его собственном поле. И он сделает это. Когда время придёт.
3
Мартин едет в лифте наедине с оператором, молодой девушкой. Она не стройная и не пухленькая, но её облегающая униформа цвета орхидеи само очарование. Он дружелюбно приветствует её в своей обычной манере, и она отвечает улыбкой на его приветствие. Их взгляды на мгновение пересекаются. У неё карий цвет глаз.
Когда Мартин входит в лифт, в нём толпятся и другие люди, но по мере того, как лифт поднимается по дряхлому зданию, пропахшему мускусом, остальные, поодиночке или группами, выходят из него. Наконец, Мартин остается наедине с девушкой, управляющей лифтом. Она берётся за рычаг, прислоняется к нему, и кабина со скрипом начинает ползти вверх. Он заговаривает с ней, беззаботно шутя о лифтах. Она смеётся.
