Почти сдавшись, он безнадежно махнул рукой:
– Ты права, ладно! Как всегда. У тебя железная логика. И к сожалению, получается, что твоя логика разрушает мою!
Однако перебранка не мешала ему раздеваться. Значит, он остается. Успокоившись и не заботясь больше о простыне, Дениза встала.
– Ну, так выскажешься ты наконец? – спросила она требовательным тоном.
– Нет! Предпочитаю заткнуться…
И не без оснований, поскольку мужчина находится в невыгодном положении в тот момент, когда стягивает с себя брюки.
– Ах! Ты предпочитаешь заткнуться! Мне кажется, это не очень смело с твоей стороны!
Задетый за живое, он повернулся и чуть не упал, запутавшись в штанинах.
– А заигрывать со своим шефом – это смело, не так ли?
Дениза ударила себя в грудь, стараясь делать это не очень сильно:
– Я? Я заигрываю с шефом? Что ты еще выдумал?
К счастью, Полю удалось наконец снять брюки, и он убрал их под матрас, аккуратно сложив.
– Выяснил! – ухмыльнулся он. – Выяснил, а не выдумал.
– Объясни, пожалуйста. Я не умею разгадывать шарады.
– Опасаюсь людей, которые говорят, что не умеют разгадывать шарады, потому что…
– Оставим премудрости до другого раза! – оборвала его Дениза.
Поль обдумывал свои высказывания, тщательно обрабатывал их в уме, готовил их, чтобы выдать потом в обществе, а Дениза умела разрушить все в зародыше. Он готов был ее убить.
– Во всяком случае, Жюльетте ты рассказывала совсем другое! – завопил он вне себя.
Властным жестом Дениза приказала ему не кричать, указав на стены и напомнив о соседях, которым совершенно ни к чему знать, «что ты меня не любишь». Она одерживала верх по всем статьям.
– Ты не станешь отрицать, что совращала этого фата, у которого денег куры не клюют, пока я скучал, ожидая тебя…
– Это Жюльетта, – задумчиво произнесла Дениза.
Подумав секунду, она вынесла приговор подруге одним словом:
– Стерва!
– Стерва или нет, ты признаешься?
– Ничего подобного! Это неправда! Ах, ты б посмотрел на себя. Во времена инквизиции ты бы многого добился!
– А тебе бы подошла Древняя Греция с ее куртизанками!
Раздался звонок в дверь, и они, застыв на месте, переглянулись.
– Побудь здесь, – сказала Дениза, накинув пеньюар. – Пойду посмотрю, кто это может быть в такое время. Притворив дверь спальни и пройдя через свою маленькую квартирку – две комнаты, кухня, – она направилась в тесную прихожую.
Открыв, она сразу же узнала мадам Куртуа. Ее сопровождали двое мужчин. Один подтолкнул другого локтем, и тот как бы нехотя достал из кармана удостоверение, на котором Дениза увидела всего одно слово: ПОЛИЦИЯ.
– В чем дело?
– Простая формальность, – смущенно ответил Живраль.
– Что-нибудь случилось, мадам Куртуа? – Дениза обрела спокойствие.
Женевьева открыла рот, чтобы ответить, но не смогла произнести ни слова. Она разрыдалась, приложив мокрый платочек к глазам. Жорж с трудом сдерживал себя.
– У нас есть основания думать, – произнес он, – что в настоящий момент вы не одна, мадемуазель.
– Ну и что? – Дениза говорила жестким тоном. – Вас это касается?
– Представьте себе, что нас это в самом деле касается!
Он жестом предложил Живралю пройти в комнату. Дениза преградила им путь:
– Куда?
– Полиция, – пробормотал инспектор.
– Плевать мне на полицию! Я не вчера родилась на свет. Ордер у вас есть? Нет! Впрочем, даже если б был, я бы вас промариновала до рассвета!
Живраль беспомощно пожал плечами, глядя на Жоржа:
– Я вам говорил, месье Журлье.
– Пустите вы нас или нет?
– Нет.
Мужчины стояли в нерешительности. Живраль крутил пуговицу пальто и в конце концов оборвал ее. Жорж старался побороть свой гнев, который был ему сейчас плохим советчиком. Дениза чувствовала себя хозяйкой положения, и это доставляло ей огромное удовольствие. Женевьева шмыгнула носом. Девушке стало ее жалко:
– Может быть, вы объясните мне, в чем дело, мадам?
– Мой муж исчез, Дениза!
У секретарши вырвался возглас удивления. Она поднесла руку к губам, отпустив при этом пеньюар, и он распахнулся. Жорж вытаращил глаза. Живраль воспользовался переменой в настроении Денизы:
– В связи с этим мы и пришли к вам, мадемуазель.
Дениза запахнула халатик.
– То есть как?
– Это мы у вас спрашиваем! – ответил Жорж.
– Да что это, наконец, разговор глухих или сумасшедших?
– Вы должны нам помочь, мадемуазель, – сказал полицейский. – Вы последняя, кто видел его, не так ли?
Дениза посторонилась, и они прошли в гостиную. Живраль удержал Жоржа, который тут же кинулся к спальне.
– В котором часу вы ушли с работы, мадемуазель?
– Вчера? В двадцать минут седьмого.
– Вы всегда так точны?
– Он сам назначил это время.
Поль внимательно прислушивался, но до него долетали лишь обрывки разговора. Голоса стали громче. Дениза произнесла возмущенным тоном:
– Но это безумие! Вы сошли с ума, если думаете так!
Поль не разобрал, что сказала Женевьева, зато отчетливо услышал Жоржа:
– Ну ладно, я сам удостоверюсь!
– Я вам запрещаю! – крикнула Дениза.
