Его комната выглядела так же, как раньше. Никаких оснований для противоположного заключения не было. Тем не менее, заперев дверь, Магнус принял меры предосторожности, поставив на дверную ручку стул и таким образом заклинив ее. Верхняя часть окна была открыта на несколько дюймов, но оно выходило во двор, и ночью было бы трудно открыть его снаружи.
Он разделся и лег, но не уснул. Он долго лежал без сна, прислушиваясь к стонущим звукам, которые издавали трубы водопровода, и однообразному шуму поездов.
Было далеко за полночь, когда Магнус наконец задремал, но всего на несколько минут. Он проснулся весь в поту, ринулся к столу за настольной лампой и уронил ее на пол. Ему показалось, что возле постели кто-то стоит.
Он нагнулся, поднял и поставил на место лампу, включил ее, подошел к умывальнику и выпил воды из-под крана. Он одурел от короткого сна и почти забыл о человеке внизу.
Когда он проснулся опять, прошло несколько часов. На этот раз он знал, что ему не мерещится. Было все еще темно, и несколько секунд он полулежал, опираясь на подушку. В коридоре были слышны шаги, и они приближались.
Шаги приблизились медленно, совершенно беззвучно, если не считать скрипа половиц. Кто-то поздно возвращается, подумал он, причем не хочет беспокоить других. Вряд ли это Скаммел или Берлинер со своей бандой.
Дошли до его двери. Он закрыл глаза в ожидании следующего шага. Вот скрипнула половица, очень тихо, – на этот раз, как ему показалось, совсем рядом с дверью – и наступила тишина. Он открыл глаза и услышал, как ключ поворачивается в замке соседней двери.
В тишине звук казался совсем близким. Потом несколько минут, длившиеся вечностью, ничего не было слышно. Наконец, ключ опять повернулся в замке: дверь снова закрыли.
Шаги удалялись быстрее, с большим шумом. На лестнице они стали стихать, потом наступила полная тишина.
Прежде чем снова лечь, он опять поставил стул под дверь и оставил свет включенным.
Магнус проснулся поздно. Лампа возле кровати по-прежнему горела, а за окном светило солнце. Первые несколько минут, пока он вставал и открывал кран с горячей водой, чтобы побриться, события прошедшей ночи были вытеснены ощущением головной боли. Вода, льющаяся в раковину, занимала его больше. Бритье получилось неудачным, и он потерял несколько минут, прижигая порезы по краям шрама.
Магнус убрал из-под дверной ручки стул только после того, как оделся, и, прежде чем спуститься вниз, запер за собой дверь. С площадки второго этажа он услышал внизу веселые уэльсские голоса. Они доносились из маленького холла, где накануне ночью он видел Мередита. Холл был залит солнцем, женщина натирала полы, а старик-портье подбоченившись стоял и наблюдал за ней. Он увидел Магнуса и подмигнул.
– Поздновато встаете, а, мистер Оуэн? Погуляли ночку?
В сопровождении портье Магнус подошел к конторке и увидел, что все ключи висели на своих местах. Он вручил портье свой ключ и полкроны.
– А теперь, только между нами, – сказал он, перегнувшись через стойку, – не могли бы вы оказать мне маленькую услугу?
– Услугу? – старый валлиец чуял скандал как собака кость.
– Насчет хиппи, – сказал Магнус и подбородком показал на монету, которую старик уже пододвигал к себе, накрыв ладонью. – Какие комнаты они занимают?
– Занимают? – старческие глаза хитро заблестели, когда он оглянулся на стойку с ключами. – Вчера вечером ни один из них не вернулся. Ни один!
– Комнаты за ними все еще числятся?
– Да, но, видите ли, они до сих пор не заплатили. Их вещи там, наверху, но это неважно. А если они сбежали, то ими займется полиция, уж будьте уверены. Мы всего лишь маленькая гостиница…
Магнус опять спросил:
– Какие комнаты они занимают?
Некоторое время старик беззвучно шевелил губами.
– Рядом с вами, – наконец сказал он. – Номера восемнадцать и девятнадцать, и один из них с девушкой.
– Сколько еще у вас жильцов?
– Жильцов? Есть еще несколько – как говорится, приезжают и уезжают.
– А есть среди них Мередит?
– Как? – Глаза старика рассеянно опустились на вторую полукрону, которую Магнус отправил через стойку.
– Высокий молодой человек со светлыми волосами. Том Мередит. Знаете такого?
– А-а-а! – портье поднял голову и издал такой звук, будто пососал что-то. – Вы не из полиции?
– Нет, это личное дело. С ним что-то случилось?
Старик немного подумал и сказал:
– Насколько я знаю, нет. А в чем он замешан? Авария?
– Он давно живет здесь?
Портье покачал головой:
– Он не живет здесь, он работает. Он новый сотрудник – ночной портье.
– Работает давно?
– Недавно… только временно. Я не так уж часто вижу его. Он предпочитает одиночество.
– Вечером он рано начинает?
– Совершенно верно, – ответил старик, энергично кивая. – Видите ли, я – старый портье и работаю только днем.
– Когда Мередит уходит?
– Полагаю, около восьми утра, – он почесал затылок и шмыгнул носом. – А зачем вам все это, сэр?
Магнус подмигнул ему и подвинул к нему третью полукрону.
– Маленький секрет, только между нами. О'кей?
Валлиец забормотал что-то и сел, изучая три монеты в своей руке, а Магнус вышел на улицу, где по-весеннему ярко сияло солнце.
