— Лия, врачи сказали мне, что маму можно спасти, если мы сумеем внушить ей, что она должна выздороветь. Я обещал, что женюсь и, видишь, ей полегчало. А если она увидит и будущую невестку…
— Понимаю… — улыбнулась Лия. — Раз ты говоришь, что мы успеем на поезд, пойдем скорее, возьми вещи и…
От радости я подпрыгнул и принялся танцевать вокруг нее.
— Кристиан, перестань! — крикнула Лия, топнув ногой и притворно нахмурившись. — На нас люди смотрят. Договоримся так! Я пойду к своей хозяйке, чтобы собраться, а через час встретимся на вокзале.
Потеряв голову от такого счастливого и неожиданного поворота событий, я крепко сжал Лию в объятиях и стал кружиться, как безумный. Только когда Лия замолотила меня кулаками по плечам, я опустил ее на землю.
Через несколько минут я был в общежитии. На проходной вахтерша уставилась на меня, как на видение, и, сделав нетерпеливый жест, чтобы я ее подождал, вышла из своей стеклянной кабины и набросилась на меня:
— Ты где гуляешь, а? Кажется, говорили, что ты дома?
— Кто говорил? — недоуменно спросил я.
— Кто-кто, — передразнила она меня и отвела глаза — вот… на, и поезжай скорее…
Она протянула мне телеграмму. Я развернул ее… «Кристиан, приезжай скорее, мама умерла…» Что-то тяжелое ударило меня по затылку. Белые, красные, зеленые круги поплыли перед глазами. Я заставил себя сдержать слезы и, не видя ничего вокруг, направился на вокзал.
Лия стояла на перроне. Заметив меня, она испугалась. Я молча протянул ей телеграмму. Она, охнув, спрятала лицо на моей груди.
У самого вагона Лия с мольбой поглядела на меня.
— Кристиан, прости, но я не могу поехать… Прости меня…
Не произнеся ни слова, я кивнул в знак того, что все понял, и поднялся в вагон. Сел на скамейку и закрыл глаза…
Мне осатанело впустую теребить бумагу. Кристиан неподвижно сидит на диване, спрятав лицо в ладонях, и молчит. Неудобно приставать к нему с вопросами и, желая убить время, я вновь погружаюсь в письмо Лии.
— Ох, черт, я, наверное, опоздал, — Кристиан неожиданно подскочил. — Который час?
— Тьфу, — изображаю я испуг на лице, — как ты меня напугал!
— Брось шутить, я могу опоздать на поезд… — он вскакивает с дивана, растерянно глядя на меня.
— У нас еще пятьдесят восемь минут, — успокаиваю я его и для пущей убедительности показываю часы. — За полчаса мы дойдем пешком.
Думаю, самое время задать ему вопрос, не дававший мне покоя с того момента, как я прочитал письмо в первый раз.
— Кристиан, прости, что допрашиваю тебя, как следователь, но я никак не могу понять…
Он вопросительно смотрит на меня.
— Кристиан, ты знал, что у тебя есть дочь?
— И да, и нет… — бормочет он, и его глаза беспокойно заметались по комнате.
— Что значит — и да и нет? — недоуменно спрашиваю я.
— Я знал, поскольку ожидал, но не был уверен, — голос Кристиана охрип от волнения. Он передергивается, словно ему под рубашку забрались муравьи. Только сейчас я понимаю, что заставило его встать в четыре часа ночи, бродить по улицам наугад, до того, как он пришел ко мне. Кристиан ерошит волосы и продолжает:
— Понимаешь… как тебе объяснить? Лия появилась в момент, когда я решил жениться ради мамы. Потом… маме так и не довелось увидеть меня женатым. Я знал, что у нас должен быть ребенок… Но однажды…
— Она тебя оставила, — догадываюсь я из письма Лии.
— Нет… то есть да… она исчезла, — Кристиан прячет глаза, потом неожиданно смотрит на меня в упор и добавляет, будто вспомнив о чем-то очень важном: — Но до этого она была в командировке около четырех месяцев… Без меня. Из-за этого… да…
