Лик Архистратига полностью

Тело оказалось в полном порядке, то есть со стороны выглядело довольно сильным, мускулистым и без каких-либо лишних килограммов скотского ожирения. Хотя, если мужчина не распускает себя с юности, лишний вес вряд ли к нему привяжется. Тем временем обнажённый красавец с лицом древнего старика прошел, чуть ли не рядом с тем местом, откуда подглядывала Наташа. Она на время даже задержала дыхание, боясь, что в мужском будуаре станет слышно постороннее прерывистое сопение.

Обитатель тюремной обители, хотя навряд ли жилое тамошнее пространство можно было назвать тюрьмой, никакого возбуждённого женского дыхания не услышал и прошел к другой стене будуара, где красовался альков с балдахином над широкой кроватью. Мужчина взял с ночного столика ещё какую-то баночку с кремом и принялся умащать себя, стараясь не оставить ни одного участка кожи не смазанным.

Ничего необыкновенного в спальне пока не происходило, но Наташа так увлеклась, что ничуть не собиралась отрываться от подглядывания, тем более, такое с ней случилось впервые в жизни. Как же не воспользоваться выставившим себя на разглядыванье мужчинкой?! Обитатель необычного будуара улёгся на спину, раскинув руки в стороны и затих на какое-то время. Множество свечей, горевших в бронзовых витых канделябрах, развешанных по стенам, не были потушены и девушка спокойно могла подглядывать за спящим или просто валяющимся на кровати мужчиной, пока ей самой не надоест.

Наташа достала тонкий батистовый носовой платок, оказавшийся в кармане того же чёрного платья, и промокнула вспотевший лоб. Потом снова заглянула в зарешеченное оконце и чуть не вскрикнула. Кожа на теле лежащего в алькове мужчины принялась покрываться кроваво-красными пятнами и совсем скоро последний кусочек бывшей человеческой кожи исчез, как будто окровавленное тело всегда было живым куском мяса, брошенным кем-то в кровать.

– Такой видок не каждый спокойно вынесет, – услышала Наташа чей-то голос, показавшийся ей до боли знакомым.

Девушка резко обернулась и снова чуть не вскрикнула. Перед ней, как ни в чём не бывало, стоял Никита. Вот только вместо обычной мальчишеской одежды на нём красовался ладно подогнанный по фигуре комбинезон.

– Никитка! – воскликнула девушка. – Ты за мной следить собрался что ли?

– Так. Похоже, вашего знакомого Никитой величают? – полуутвердительно полувопросительно произнёс мальчик. – Что ж, имя хорошее, мне оно нравится. Можете меня называть тем же именем.

– А кто же ты? – искренне удивилась Наташа. – Хотя ребята предупреждали, что меня может в Зазеркалье встречать тюльпа. Ведь ты, наверное, тот самый тюльпа. Я права?

– Не совсем так, – поморщился мальчик. – Я доппельгангер. [65] Это немножко другое, к тому же на другом языке. Зазеркалье – мой дом. Я здесь могу показываться даже почти в настоящем виде, как сейчас. В это время мой двойник в вашем мире либо спит, либо дремлет, ничего не делая. Конечно, он всегда считает, что двойник – это я. И вот тут надо разобраться кто чей двойник на самом деле. Но что один из нас является тенью другого – сомнению не подлежит.

Наташа присмотрелась к возникшему ниоткуда доппельгангеру. Хотя внешне мальчик ничем не отличался от Никиты, всё же кожа у него была более кофейного цвета, будто Никитка только что вернулся из жаркой Африки, на худой конец, сбежал из Кунгурского солярия. А в остальном копировал своего двойника и походил на него даже голосом.

– Двойники живут только здесь? – поинтересовалась незваная гостья.

– Нет, мы и в вашем трёхмерном царстве тоже иногда гуляем, – доверительно сообщил новый Никита. – Вот вы, тёть Наташ, неужели ни разу не видели, что какой-то человек отбрасывает сразу две тени, хотя фонарей вокруг не так уж много? Лишние тени – это мы.

– Зачем же вы приходите к нам?

– А зачем вы к нам пожаловали? – парировал новый Никита. – Вы для меня, всё равно как настоящая незваная гостья, то есть тень в нашем мире точно такая же, каким покажусь и я у вас в гостях. Надо помочь вам разобраться с вашими делами, а то у нас тоже непорядок возникнет. Никакого непорядка допускать нельзя, поэтому я просто обязан послужить вам экскурсоводом, мне велели поухаживать за дамой. Я думаю, вы не откажетесь.

– Ну, хорошо, – согласилась Наташа. – Только позволь узнать, все доппельгангеры такие добрые?

– Вовсе нет! – отмахнулся Никита. – Нас всегда встречают как предвестников смерти.

– Это действительно так? – насторожилась девушка.

– Всё дело в том, что человек желает увидеть, то ему и показывают, – мальчик недвусмысленно пожал плечами. – Вспомните, к примеру, вашего Сергея Есенина, который поразил весь мир откровением:

– Так это был кто-то из ваших доппельгангеров? – всплеснула девушка руками. – Ведь поэта тогда встреча с инфернальным пришельцем так испугала, что он чуть ума не лишился.