Еще бы не понимать! Странно, оказывается, воинские премудрости не такие уж и сложные. Марсель с ходу разобрался, что имеют в виду военачальники, и это доставляло виконту истинное наслаждение. В самом деле, штурмовать расположенный на обрывистом прибрежном холме Фельп трудно, а вот перерезать единственную ведущую к городу дорогу весьма соблазнительно, хотя тоже непросто.
– Будущей ночью мы улучшим наше положение, – заключил Титус. – На примыкающей к основному вражескому лагерю территории находится Паучий холм. Мы его захватим и установим на нем пушки, после чего сможем обстреливать вражеский лагерь и отвлечем противника от защищающей тракт стены.
– Прошу простить мою неосведомленность, – Рокэ вежливо улыбнулся. – Почему этот холм носит столь неприятное название? Там водятся пауки или же он формой напоминает паука?
– Киркоре́ллы там водятся, – буркнул Варчеза.
– Да они здесь везде водятся, – громыхнул адмирал Джильди, – брюхо с кулак и волосатые, как моя жизнь!
– Будем надеяться, они осчастливят своим присутствием бордонский лагерь, – улыбнулся Рокэ. – Жаль, Капрас не взял на войну супругу. Женщины обычно не дружат с пауками.
– Киркореллы не совсем пауки, – растянул губы кто-то из дуксов, – а что до жен бордонов… Капрас явился без супруги, а сестра одного из самых влиятельных дожей не взяла на войну мужа. За неимением такового. Спросите при случае Джильди, кто потопил его галеру.
– Мне скрывать нечего, – ноздри адмирала угрожающе раздулись, – дожиха и потопила. Дожили, бабы на корабле!
– Дама командует кораблем? – поднял бровь Рокэ. – Какая пошлость!
– На «Морской пантере» три десятка дам. Все офицерские должности прихватили, да еще и называют себя на мужской лад.
– Чего только не бывает… – задумчиво протянул Алва. – Как я понимаю, вы намерены взять Паучий холм?
– Да, – кивнул генералиссимус. – И мы возьмем его. Это упрочит наше положение.
– Я против, – поднял руку фортификатор. – Холм слишком близко к лагерю, и если маршал Капрас не даст маху, «павлины» появятся раньше, чем мы успеем его укрепить, кроме того, Паучий обращен к осаждающим пологой стороной, а к городу – крутой. В итоге Капрас холм легко отобьет, а мы только зря потеряем людей.
– Не согласен, – сверкнул покрасневшими глазами генерал Кротало. – Где сказано, что нельзя оборонять пологий склон? Нам нужно укрепить дух горожан. После разгрома на море многие усомнились в победе и не верят ни Дуксии, ни слугам города. Это дурной признак.
Просперо Фраки поднял руку, и генералиссимус важно кивнул. Марсель знал фельпского генерала всего полчаса, но уже понял: бедняга при виде Ворона изревновался, как стареющая красотка при виде семнадцатилетней блондинки.
– Я возьму Паучий, господа. Порукой тому моя репутация.
– Я хотел бы узнать мнение нашего гостя, – не сдавался фортификатор.
Рокэ пожал плечами:
– Судя по тому, что здесь прозвучало, я не советовал бы атаковать. Конечно, если ваше предприятие увенчается успехом, граждане города обрадуются, но что будет, если оно провалится?
– Решение принято, но я удивлен, услышав такие слова от вас, господин маршал. – Фраки попытался испепелить Алву взглядом, но неудачно. Марселю пришел на ум свечной огарок, бесславно угасший в лохани с водой.
Рокэ опять улыбнулся:
– Когда мои советы перестанут удивлять, я подам в отставку. Успешной охоты на киркорелл, господа.
Оморском деле Марсель имел весьма смутное представление – в отличие от Герарда, знавшего и то, что Фельп начинался как центр мелкой прибрежной торговли, и то, что флоты в Померанцевом море были по большей части галерными. Сначала потому, что «негребных» кораблей просто не придумали, потом из-за местных особенностей. Летом и зимой парусникам мешали штили, весной и осенью – бури.
Мелководье, изрезанное побережье, множество островов, островков и островочков, не дающих крупным судам маневрировать. Морские гиганты могли разве что добираться до внешнего рейда, а дальше за дело брались плоскодонные трудяги. И, несмотря на это, город и порт процветали, а на противоположной стороне Урготского полуострова, где и климат получше, и море поглубже, отчего-то никто не селился. По мнению Марселя, это было глупо, но в жизни глупостей хватает, а виконт придерживался мнения, что везде следует выискивать розы, а не жаб. В данном случае талигоец вознамерился раздобыть куафера и портного, что и проделал с помощью Бенито и его приятеля Луиджи Джильди. Старший сын разбитого адмирала и капитан «Влюбленной акулы» возлагал на талигойского маршала кучу надежд и пытался говорить с Валме как с моряком. Марсель чувствовал себя совершеннейшим дураком, но прогулка все равно вышла отменной.
