— Ингвиомер, младший брат Сегимера, а рядом младший сын Сегимера, Флав — пояснил Ахилл.
Буховцев внимательно посмотрел на Флава. Черты Сегимера на его лице найти было не проще, чем на лице Буховцева черты Валериев Корвусов. То есть, что-то было, но не больше. Удивляло и чисто выбритое лицо Флава, а также его коротко стриженные белокурые волосы, совсем не типичные для черноволосых вождей херусков. Внешне Флав больше походил на римлянина, чем на германца.
— Не очень то Флав на отца похож. Если бы мне сказали, что боги сыграли над Сегимером шутку и подкинули в колыбель его жене чужого младенца, я бы поверил — заметил Валерий.
Филаид улыбнулся краем губ.
— Только не говори об этом Флаву, а то обидится, а я бы этого не хотел. Он достойный юноша. Но ты прав Марк, здесь есть своя история. В роду Сегимера иногда рождаются дети, цветом волос похожие на большинство других германцев, и это считается плохим признаком. Такие наследники не так достойны и не так почетны, поскольку не похожи на предка их рода, который был сыном их главного бога, как ты сам понимаешь — эллин рассмеялся и продолжил — их бог тоже темноволос. Так что Флаву не повезло. Когда отец отправил его и Арминия в Рим, он быстро стал своим среди римлян и предпочитает римский образ жизни местным лачугам.
Буховцев только удивленно покачал головой. Странная история, как многие другие, которые он здесь услышал.
— Флав — как я понял, это его римское имя, из-за цвета волос, так? А германское?
Филаид пожал плечами.
— Ни разу не слышал, чтобы его называли германским именем. Даже германцы.
— А как к этому относятся Сегимер и Арминий?
— Насколько я знаю, Флав с ними не особо ладит, и почти не общается. Здесь, Марк, отец для сына не отец семейства как в Риме, а просто отец. На своих комициях херуски объявили Флава совершеннолетним, и он теперь волен поступать — как пожелает. Вождем и главой рода ему не стать, но он сын вождя, за ним идет удача рода и у него есть свои люди. Я слышал, он ведет переговоры с одним из вождей хаттов, Актумером о женитьбе на его дочери. Хатты сейчас в силе, так что Флав не особо беспокоится из-за расположения отца.
— А Ингвиомер?
— Хороший вождь и человек легкий на характер, его здесь все любят и уважают. С Сегимером и Арминием он тоже не ладит. Думаю, не любит их за лисьи мозги. Кстати, он хороший друг вождя маркоманов Маробода — Ахилл весело рассмеялся.
— Да уж дела — хмыкнул Валерий.
Все запутано, прямо как в мыльной опере.
Подошел Луций Цедиций и представил Буховцева вождям. Они обменялись приветствиями и коротко побеседовали. По латыни вожди говорили хорошо. Ингвиомер с небольшим акцентом, а латынь Флава была почти безупречна. Вскоре все собрались, раздали двузубые палки–рогатины, и охота началась. Римляне и херуски разбились на несколько групп, и скорым шагом устремились в сторону лесистого холма. Там по утверждению загонщиков должно было пастись большое кабанье стадо. Валерий шел в окружении приставленных к нему разведчиков, смотрел на безмятежные лица охотников, и его тоже постепенно захватывало радостное возбуждение, царившее среди германцев и отчасти римлян. Даже собаки почуяли момент и лаяли не переставая. У подножия холма начинался дубовый лес, подходы к которому были густо осыпаны кабаньим пометом. Взяв след, собаки рванули вперед, и веселье началось.
Охота получилась забавная, и позже вспоминая некоторые моменты, Буховцев долго не мог сдержать улыбку. Кабанье стадо, а вернее несколько стад быстро обнаружили и погнали по лесу к болоту. Здесь, на тропе, их уже ждали с рогатинами германцы и римляне. Несколько кабанчиков сразу завалили, а прорвавшихся погнали собаки. Собственно, на этом охоту можно было заканчивать. Добытого мяса было достаточно, а лишнего зверья германцы не били, и за это придется отвечать перед духами лесов. Добычу подвесили на шестах, шесты положили на плечи и отправились назад к ручью. В этот момент, из густых кустов, пофыркивая, у них на пути появились два секача. Подобных громадин Валерий никогда не видел. Высотой в холке чуть меньше человеческого роста, покрытые густой, похожей на шерсть, щетиной, они производили впечатление. Хозяева местного леса некоторое время стояли и смотрели на идущих своей тропой охотников, потом издали громкий рев и кинулись вперед. Валерий с сопровождающими как раз был на их пути. Он упер в землю рогатину и выставил острие навстречу атаке, но сопровождавший его разведчик оттолкнул Буховцева в сторону.
— Ты что трибун, спятил? Этот зверь нам не по зубам. Стопчет и не заметит.
