Внизу слышится короткая и очень ожесточенная стрельба. Это начали работу штурмовики из моих частников и «отпускников» спецуры. План здания заучен всеми наизусть, и подрыв «гостинца», должен был стать сигналом к атаке. Вот навстречу кто-то в форме с белой повязкой на рукаве. Кричу — получаю отзыв, и зажатый между мощными телами в тяжелой броне, лечу вместе с офицерами вниз. Стремительный рывок, и меня заталкивают в бронированный джип. Рвем на всех парах из города, а вокруг продолжается беспорядочный огонь. Стреляют по нам, стреляют друг по другу. Ощущение, что весь Грозный палит куда-то в надежде кого-то задеть. Грохот! И за спиной взлетает на воздух бронированное авто из нашего кортежа. Короткие переговоры по рации, и пулеметчики «Альфы», высунувшись через заранее сделанные в крыше бронелюки, превращают в решето две машины преследователей. Это сидящие в одной из них, как я понял из переговоров, подловили на повороте нашу колонну, пустив РПГ-7 с места. Жаль ребят…
Пытаемся проскочить из города на Алхан-Юрт, но все выезды перекрыты. Одна разведгруппа передового дозора уничтожена, сообщив о вступлении в бой. Вторая вернулась назад. Авто потрепано, но мужики целы. Пересели в другие тачки, и снова лихорадочно ищем выход. План города все знают назубок. Однако выхода как раз нет, и появилось полное ощущение, что на охоту за нами вышли все, кто умеет ходить. Впрочем, почему ощущение? Так и есть. Да, здесь нет сотовой связи, но обычная работает вполне. Наши приметы сообщили, хотя их и так знали все, кому оно интересно. А потому началась старинная местная забава под названием: «охота» на человека. Да, «дичь» мы крайне кусачая. Да, можно потерять голову в процессе ловли. Но ведь и награда в случае чего, будет огромной! Кто именно будет награждать — никто вопросом не задавался. Смерть Дудаева и верхушки коллаборационистов, как я понял из обрывков прослушки эфира и пояснений спецназовцев, оставшиеся в живых решили скрыть. И у них уже там начинается внутренняя свара. Однако нам оттого не легче, ведь все вокруг грезят «самостийностью» и надеются на щедрую «косточку» от Джохара.
Площадь «Минутка» — она же площадь Хрущева. Резко тормозим около высотных домов, и вытаскивая один за другим ящики с БК, несемся в подъезды трех многоэтажек. Машины оставляем внизу. Конечно, им придет конец. Однако им и так придет конец, если продолжим попытки прорыва, только уже вместе с нами. А так — есть шанс остаться живыми. Ну, призрачный, конечно, однако же есть. Если все пойдет по плану (хотя когда это в России было так), то скоро начнется «второй акт», и к нам придет подмога — в Грозный зайдут войска. Танки, БТР… Езда же по городу — верная смерть, поскольку лупят по нам с каждой крыши. Только что, за три км отсюда, потеряли еще одно авто, и в нем 4-х бойцов. НСВТ в упор не оставил шансов… Забегаем, вламываемся в квартиры и начинаем выгонять испуганный жильцов.
— Все съебались отсюда быстро вниз! — орет Валерка, размахивая автоматом
Бесчеловечно? Да, бесчеловечно. Но еще более жестоко, если эти люди, вместе с детьми и стариками, лягут здесь, с нами. Потому — без вариантов, только в подвал. В это же время на чердаках рассаживаются снайперы. В подъездах, подключившись в бытовой сети, ЧВКшники и ГБисты начинают варить из кусков рельсов «ежи». Решение это тоже видел в ТВ, во время боев за Бахмут, куда вгрызалась другая, всемирно известная ЧВК… ВСУ ставило такие сварные конструкции, которые невозможно вытащить, ибо лучи упираются в стену внутри домов: на входах, в пролетах. И проскочить их под огнем было не так-то просто. Можно, конечно, однако сложно, ведь делать это нужно по-одному. А по тебе в это время стреляют. И взрывами такие конструкты не разобрать, разве что вместе с домом. Что иногда и делалось.
